Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
– Мне одно неясно. Если все это правда – чего ж вы так явились сюда. Так как-то… – Он дернул плечом. – Странно… Не как к своему, не как к другу, а как к чужому – к врагу. – Так ведь с тобой иначе нельзя, – хрипло рассмеялся Гитарист. – Пока мы объяснялись бы, толковали – ты бы нас всех тут перешмолял. – Он крепко хлопнул Игоря по колену. – Верно я говорю? – Ну, не знаю, – замялся Игорь. – Не зря же ведь у тебя вторая кличка – Фантомас, – сказал кто-то из спутников Гитариста. – Фантомас? – поднял к нему лицо Игорь. – Это еще откуда? Впервые слышу. – Все точно, брат, – сказал, мигая, Гитарист. – Есть у тебя такое прозвище, есть. – Кто ж мне его присвоил? – Милиция, – сказал Гитарист, – мусора. – А вам-то откуда это известно? – От одного из них… Зубавин его фамилия. Может, знаешь такого? – Нет, – сказал Игорь. – Ну вот. А он тебя знает. Хорошо знает! – Каким же образом? – Так ведь он, чудак, следил за всеми вами. За Брюнетом и за Хмырем. И тебя видел в саду. Словом – в курсе всех твоих дел! – И что же, – спросил с сомнением Игорь, – он, работник милиции, все вам откровенно выложил, рассказал? – Сейчас он уже не работает. На пенсию вышел. Спивается старичок. Мы его как раз и надыбали в одной из пивных… – Так, – проговорил Игорь, – значит, все сведения обо мне, все факты в мою пользу – это все получено из милицейских рук… – Да какая тебе разница! – воскликнул Гитарист. – Главное то, что кодла тебе верит. Усекаешь? И зовет обратно. И за этим-то мы и пришли. Они долго еще так говорили – прикончили бутылку и почали новую. Общая напряженность и скованность постепенноослабли. Игорь видел: ребята с ним искренни, откровенны. Они пришли с добром – и тревожиться больше не о чем. И все же с лица его не сходило выражение сумрачного раздумья. Среди многих одолевавших его мыслей была одна – беспокойная, темная, гасящая всякую радость. Внезапно возникнув, она уже не исчезала… И, отравленный ею, Игорь сказал погодя: – Вы говорите, ребята, я – ваш… – Ну да, – отозвался Гитарист, – я ж тебе все объяснил. И кончай – об этом! – Нет, постой, поговорим, – возразил Игорь. – Значит, кодла мне верит. Хорошо. Я рад. Но вера-то эта на чем основана? На свидетельстве чекиста. А такому свидетельству – какая цена? – Но, чудак, если все это – правда… – Ну и что с того? – угрюмо отмахнулся Игорь. – Одной правды для всех не бывает. Она у каждого – своя. У мусоров своя, у блатных своя… Что для одних хорошо, для других – плохо. Так уж мир устроен. И не нам его менять. – К чему ты клонишь? – тихо, медленно спросил Гитарист, – куда гнешь? Что-то я в толк не возьму. – Я к тому клоню, что судьба моя все равно теперь – гиблая, – сказал Игорь, – все в ней зыбко, ненадежно. – Он трудно сказал это; ему не хватало воздуха. – Вот вы меня зовете обратно, снова считаете своим… Это – сейчас. А завтра все может повернуться по-иному! Представь себе, что кто-нибудь – ну, хотя бы даже ты сам – вдруг схлестнется со мной, поссорится, начнет сводить счеты. Так ведь случается? – Конечно, – сказал, поднимая плечи, Гитарист. – Так вот, любой блатной – если захочет – может теперь обвинить меня в чем угодно… И что я смогу возразить? Как мне вообще оправдываться? Ссылаться на свидетельство милиционера – мне, чистопородному вору! – прибегать к его защите? Но ведь это же нелепо. |