Книга Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления, страница 55 – Лоуренс Гоуф

— Что скажете о журналах и трубке для сигар?

— На трубке мы нашли отпечатки указательного и большого пальцев. Но они могли принадлежать и человеку, который продавал сигары.

— Вы выяснили марку сигар? — спросила Паркер.

— Сигар?

Паркер кивнула.

Голдстайн взглянул на Уиллоуса. Оба знали то, чего не знала менее опытная Паркер: сигара не являлась уликой.

— А что вы скажете о голубой метке на плече жертвы? — спросил Уиллоус.

— Вы были правы, это чернила татуировки. Я звонил в Сквемиш. Патологоанатом отправил на анализ образцы ткани той девушки, которую вы нашли в реке.

— Наоми Листер. — Уиллоус распрямился.

— Вся кровь в фургоне «Эконолайн» была группы «А», резус положительный?

— До последней капли.

— Что еще вы нашли в фургоне?

— Несколько волосков, которые не принадлежали жертве. Больше ничего. Машина была в безупречном состоянии. Можно сказать, вымыта и вычищена.

— А соединительные провода под передним щитком? Скажете что–нибудь о них?

— Право, нет, Джек. Пайка была достаточно небрежной, в общем, кустарная работа. А провода и крокодилыможно купить. Они всюду продаются.

Уиллоус сделал еще несколько записей.

— Одного не могу понять: почему он оставил в машине стодолларовую банкноту? Кто же бросается такими деньгами? Либо деньги были оставлены случайно в горячке, либо… — Уиллоусу вдруг пришла в голову неожиданная мысль. — А не фальшивая ли эта банкнота? — спросил он.

— Нет, самая настоящая. А ваш следующий вопрос: откуда все перегибы и складки на новой банкноте, верно?

— Так точно, Джерри.

— Мэл Даттон сделал несколько моментальных черно–белых снимков. Они показали, что деньги были в обращении.

— Просто отлично, Джерри!

Голдстайн скромно пожал плечами.

— Единственное, что я точно знаю о деньгах, это то, что у меня никогда не было их в достаточном количестве.

— Достаньте, пожалуйста, комплект снимков Даттона и для нас, — попросил Уиллоус.

Голдстайн бросил ему через стол конверт размером восемь на десять дюймов. Уиллоус развязал тонкую красную тесемку, которой был перевязан конверт, и достал несколько отпечатков. Сфотографированная стодолларовая банкнота представляла собой беспорядочную сеть пересечений белых линий на сером фоне. Купюру трудно было узнать. Даже скучное лицо Роберта Бордена, изображенное на ней, состарилось на тысячу лет.

— Мне нравятся загадки, — сказал Голдстайн. — Так как у меня была пара долларовых банкнот в бумажнике, я подумал: почему бы не провести и с ними подобное испытание?

— А где оригинал? — спросила Паркер.

Голдстайн порылся в кармане для ключей и, открыв выдвижной ящик стола, вытащил пластиковый мешочек для улик. Голдстайн потряс его, и хлопья высохшей крови подобно черному снегу легли на бумагу.

Уиллоус подошел к столу и протянул руку. Голдстайн протянул мешочек Уиллоусу.

— Но увы, Джек, денег в нем нет.

Уиллоус улыбнулся.

— Неудачная шутка, Джерри, но, несмотря на это, я приглашаю всю бригаду в «Макдоналдс» на завтрак. — Он опустил конверт в нагрудный карман и направился к двери.

— Совсем было забыл, — сказал Голдстайн Паркер. — В следующее воскресенье четвертый ежегодный турнир по крокету в парке Тетлоу. Хотите пойти?

Паркер колебалась.

— Будет приятная компания, — сказал Голдстайн. — Собирается много холостых мужчин. И все, что требуется, это надеть белые костюмы и принести пару бутылокприличного вина. О еде, кстати, есть кому позаботиться. Холодный ростбиф и прочая ерунда.