Книга Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления, страница 266 – Лоуренс Гоуф

Ничего страшного, уговаривал себя Билли.

Дверь «кадиллака» распахнулась, в машину влез Гаррет и протянул Билли пластиковый стаканчик кофе и пакетик чипсов. На часах семь минут одиннадцатого.

В четверть одиннадцатого женщина с ребенком вернулась к своему золотистому «вольво». На ржавой магазинной тележке, которую она толкала перед собой, вместе с продуктами долларов на сто, сидел малыш в розовом комбинезоне. Она погрузила в машину продукты и ребенка и, не глядя на Билли, села за руль и медленно выехала со стоянки. А он в это время прикидывал, сколько может стоить ее красная кожаная куртка.

В половине второго Гаррет еще раз сбегал в «Севен—Илевен» за кофе и парой гамбургеров.

В начале четвертого Билли вприпрыжку сбегал в уборную одного из магазинов.

К четырем часам начало понемногу смеркаться.

В десять минут пятого какой–то мужчина в джинсах и лыжной куртке встал у дверей винного магазина и заиграл на тромбоне. Билли с минуту послушал и включил на полную мощность радио.

Без двадцати трех пять на стоянку вползла патрульная машина и остановилась прямо напротив тромбониста. Из нее вышли двое полицейских. Музыкант продолжал невозмутимо играть.

Билли сполз на сиденье немного пониже. Гаррет наблюдал за происходящим в зеркало заднего обзора. Они ждали.

Полицейскиестояли подбоченясь. Тромбонист что–то сказал им, потом хлопнул себя по лбу и нагнулся за шляпой, в которую ему бросали мелочь. Продавец, наблюдавший за ним из окна магазина, зааплодировал. Музыкант перешел через Мэпл–стрит, а полицейские сели в машину и уехали.

Гаррет приглушил радио.

Билли снова пришлось сбегать в уборную. Гаррет взглянул на него, но промолчал.

В половине одиннадцатого они, голодные и усталые, просидев в машине почти тринадцать часов, были уже готовы все бросить и уехать домой.

В десять тридцать семь бронированный инкассаторский автомобиль, сверкая в свете неоновых ламп серебристым кузовом, зарулил на стоянку.

— Билли, ты не спишь? — спросил Гаррет.

Тот помотал головой. В горле у него пересохло.

Задняя дверь распахнулась. Из нее выпрыгнули двое охранников. Это был их последний рабочий рейс, но они об этом пока не догадывались. Один из охранников взял с собой небольшую металлическую тележку, а другой захлопнул толстую железную дверь машины. Билли опустил стекло. Тележка ехала на резиновых колесиках, но он все равно слышал, как она постукивает по блестящему мокрому асфальту.

Инкассаторы вошли в магазин. Хоть Билли и не видел их, но знал, куда именно они направились, — налево, к застекленной конторке управляющего, где стоял сейф.

Гаррет рассматривал свои часы.

Десять — тридцать девять — семнадцать.

Билли закурил. Руки у него не дрожали. Он специально подержал перед собой горящую спичку, чтобы Гаррет видел, какой он мужественный.

Тот продолжал смотреть на часы.

Водитель бронированной машины заметил огонек от спички в салоне «кадиллака», который горел секунд пять, а может, и десять.

— Альфа четырнадцать, — проговорил он в микрофон, прикрепленный к шее.

— Альфа четырнадцать, слышу вас, — немедленно последовал ответ.

Огонек исчез. Может быть, ничего такого в этом не было, но по крайней мере там будут знать, что он начеку и добросовестно несет службу.

— У меня здесь «кадиллак» восемьдесят восемь, черного цвета, номер АНБ триста четыре, — сказал он, прочистив горло.