Книга Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления, страница 258 – Лоуренс Гоуф

Голос по селектору снова спросил что–то невразумительное. Надеясь на лучшее, Паркер попросила еще и кетчуп.

На стоянку въехала патрульная машина. Паркер посигналила ей и, когда полицейский за рулем увидел ее, помахала, чтобы он уезжал.

На пластмассовом подносе появились бутерброды, картошка, кофе и чай. На чеке значилось: восемь долларов пятьдесят центов. Она заплатила десятку.

Подъехав к «форду», она вышла, села с подносом к ним в машину и, поставив его на сиденье, захлопнула дверцу.

— Если кто–то и жалуется на обслуживание, — сказал Бобби, — так это точно не я.

Паркер протянула Уиллоусу его бутерброд и кофе.

— Откуда ты узнала, чего мне хочется? — спросил Бобби. — Бутерброд — пища юношей, стоит мне слопать такой, и я сразу чувствую себя моложе лет на десять.

Бобби Чоу за несколько секунд съел бутерброд, облизал майонез с золотой фольги, в которую он был завернут, скомкал ее и трясущимися руками швырнул под ноги.

— А сахар есть?

Паркер протянула ему три маленьких пакетика сахара.

— Ты — напарница Джека? — спросил он.

Паркер отпила кофе, он мог быть и получше, но и хуже тоже бывает.

— Молчаливая напарница, да? — заметил Бобби, взяв горсть жареной картошки.

— Так что ты мне хотел рассказать, Бобби? — спросил Уиллоус.

— Да в общем–то, ничего особенного, — ответил, пожав плечами, Бобби. — Я, когда звонил тебе, столько кокаина нанюхался, что ничего не соображал. А теперь мозги прояснились. Прости, что зря отнял у тебя столько времени.

Уиллоус открыл дверцу.

— Пошли, Бобби.

Он обеими руками вцепился в руль.

— Не пойду. Я еще не доел.

Уиллоус взял горсть жаренойкартошки, обильно полил ее кетчупом и набил ею нагрудный карман пиджака Бобби.

— Возьми с собой.

Бобби облизал губы, оценил выражение глаз Уиллоуса и покорно сказал:

— Хорошая мысль, Джек.

Тысячи могил и крематорий единственного в черте города кладбища Маунтин Вью окружали ухоженные зеленые насаждения. Кладбище занимало сто шесть акров. Пять кварталов — от главных ворот до техсервиса — Уиллоус и Паркер вместе со съежившимся на заднем сиденье Бобби проехали всего за несколько минут.

— Выходи, Бобби, — коротко сказал он.

— Что, прямо сейчас?

— Да, прогуляемся, — заявил Уиллоус и, схватив его за рукав, выволок из автомобиля.

— Пусти! Мне же больно!

— Сейчас будет еще больнее.

— Джек… — вмешалась было Паркер.

Уиллоус не слушал ее.

От холода трава стала серой и хрустела под ногами, как кукурузные хлопья. Уиллоус завел Бобби в лабиринт надгробных камней и указал на прямоугольный кусок розового гранита.

— Сядь.

Бобби сел.

— Ты угнал автомобиль, Бобби. Тот. кто следит за тобой как за условно освобожденным, обхохочется.

— Ключи торчали в замке зажигания. И дверь, черт ее побери, была открыта. Поэтому я решил наплевать на всякие там бумажки. Господи, да это же просто ошибка! Я неверно оценил ситуацию! Это ж с кем угодно может случиться! Я же оплачиваю аренду, значит, фирме «Герц» наплевать, кто ездит на этой машине. Мне надо поговорить со своим адвокатом!

— Клер, ты не хочешь прогуляться? — спросил Уиллоус.

Паркер не тронулась с места.

— Она не хочет от тебя уходить, — сказал Бобби. — Эй, может быть, это любовь?

Уиллоус спихнул его с гранитной плиты, и Чоу упал в ломкую мерзлую траву.

Он заплакал.

— Хватит, Джек, — сказала Паркер.

— Я так не считаю.