Книга Волчья балка, страница 266 – Виктор Мережко

— Но поговорить хоть с кем-то я могу?.. Как-то непонятно пропала девочка.

— Мам!.. Поговорим после!

В комнате опять стало тихо, песня Стаса Михайлова проплыла совсем близко к дому, постепенно затихла.

От звонка Володиного мобильника оба вздрогнули.

— Кто? — насторожилась мать.

Парень взял аппарат, пожал плечами.

— Кто-то незнакомый, — поднес трубку к уху. —Слушаю… Извините, не понял, кто звонит?.. Нина Николаевна? Мама Виталика?.. А что с ним?.. Что?.. Подождите, вообще ничего не понимаю. Нет, не слыхал. А когда это случилось?.. Блин… Что же мне никто ничего не сказал?.. Что? И отец тоже?.. Когда?.. И что теперь? Говорю, что теперь будет? Может, помочь чем?.. Хорошо, понял. Послезавтра? Буду. Обязательно буду. — Гуськов отключил связь, сидел какое-то время неподвижно, уставившись в одну точку, перевел взгляд на напрягшуюся мать, хриплым, севшим голосом объяснил: — Виталика Глушко… моего друга… убили. Отец повесился.

Оксана от услышанного захлебнулась в плаче, уронила голову на колени, что-то бормотала неразборчивое, раскачивалась из стороны в сторону.

Володя подошел к ней, обнял, негромко и не сразу произнес:

— Ничего, мам… Успокойся. Нужно держать себя в руках. Успокойся.

— Ты хочешь пойти на похороны? — спросила она с заложенным носом, подняв голову.

— А как по-другому?.. Друг все-таки.

— Не нужно, сынок. Похоронят без тебя. Не рискуй, мало ли какие там люди соберутся.

— Нет, я должен.

— Я тоже пойду с тобой.

Ночь опустилась незаметно, душно, как-то сразу, будто мягкое одеяло из верблюжьей шерсти накрыло все вокруг и стало нечем дышать. Духота как перед грозой.

Ахмет, заметно под градусом, толкнул дверь домика, где жила Малика, махнул охраннику в прихожей.

— Свободен.

Тот не без удивления развел руками, объяснил:

— Меня здесь Хозяин поставил.

— Один хозяин поставил, второй хозяин погнал!.. Без тормозов давай!

Охранник послушно удалился, Ахмет задержался возле зеркала, толкнул дверь.

Малика быстро поднялась с дивана, испуганно уставилась на вошедшего гостя.

— Салам, — сказал он.

— Салам.

— Чего испугалась?

— Не испугалась, смотрю.

Ахмет прошел вглубь комнаты, рухнул на диван, на котором только что сидела девушка.

— Садись.

— Постою.

— Не ждала, что приду?

— Не ждала… Ты по делу, Ахмет?

— А без дела нельзя? — засмеялся тот. — Пришел глянуть, как ты… Может, скучаешь?

— Не скучаю… Телевизор смотрю, книжки читаю.

— А мужчины?

— Что… мужчины?

— Мужчины к тебе приходят?

— Брат приходит.

— Брат не мужчина. Мужчина тот, кто волнует, заставляет часто дышать… Такие приходят?

— Ахмет, ты зачемпришел? — спросила Малика, чуть отступив. — Ты для меня не мужчина. Ты друг моего брата.

— Да, друг… Но еще и мужчина. Не веришь?

— Ахмет, уйди.

— Подойди ко мне… Я же все знаю и про Аверьяна, и про тебя. Никакой он тебе не брат. Так, фуфло!.. Понты! Хочет выгодно продать тебя!.. А я вот он, рядом! Иди ко мне!

— Я буду кричать, Ахмет. Ты пьяный.

— Подойди, сказал! — мужчина вдруг с силой схватил девушку за руку, рванул к себе. — Ты же хочешь мужчину!.. Пора хотеть! И вот я пришел!

Малика упала на диван, попыталась вскочить.

— Ахмет, не смей!.. Отпусти меня!

— Замолчи, дурочка. Я же знаю, что тебе нравлюсь!.. Спокойно, говорю! Не дергайся!

— Я скажу Аверьяну!

— Что ему скажешь?.. Что приставал? А кто тебе поверит? Скажу, что пригласила! Сама позвала! Дверь открыла!.. Он знает, что никогда не вру. Всегда говорю правду! — бормотал Ахмет, пробуя сорвать с девушки футболку, хватал за грудь, пытался стащить джинсы. — С ума схожу, когда вижу тебя! Нравишься. Очень нравишься! Завтра скажу Аверьяну, что люблю, и мы поженимся!