Книга Волчья балка, страница 157 – Виктор Мережко

— Опять мозги крутите?

Аверьян разместил свое тело поудобнее.

— Говорим как мужчины. А будешь врать, финтить, на лице еще больше следов появится — подождал, что парень все-таки ответит, не дождался. — Знаешь, кто такой Мансур?

— Допустим.

— Он живой, знаешь?

— Я его вытаскивал из-под трейлера.

— Не нужно было этого делать, Игорь. Пусть бы там остался.

— Согласен. Тварь редкая.

— Знаешь, в какой больнице эта тварь?

— Не интересовался.

— Ты не интересовался, зато интересовался я. Живет сволочь, всех закладывает. Могу даже назвать больницу.

— Мне это зачем?

— Зачем тебе? — усмехнулся Аверьян. — А вдруг захочется помочь своему другу?

— Друг — это кто?.. Мансур?

— С ума сошел? Друг тот, кто перед тобой.

— Хорошая шутка, — мотнул головой младший лейтенант.

— Зачем так говоришь, мент?.. Предупредил, говорим как мужчины. В моем доме слова в форточку не кидают. Ты сказал — я поймал. И наоборот. Пинг-понг!

Игорь помолчал, снова ухмыльнулся.

— Есть желание меня на Мансура двинуть?

— Уже желания нет.

— Кто еще на прицеле?

— С сыном Глушко дружишь?

— Просто знакомые.

— Говорят, хороший парень. Нужно тоже пригласить в мой дом.

— Зачем? —вскинул брови Лыков.

— Послушай, мент!.. Мы же говорим о серьезном деле! А для этого нужны личности… умные, расчетливые, даже жестокие.

— Хватит, что у него отец жестокий и расчетливый.

— Ошибаешься, дорогой. Отец твоего друга старый, трусливый, мелкий, запутанный в махинациях человек. Но скоро его не будет. Время вышвырнет на край дороги! И его место займет молодой и сильный сын. Династия, но уже на другом уровне!

— Круто заворачиваете.

— Время такое, страна такая, парень… Голову не туда повернешь — тут же отрежут.

— С Виталием понятно. Кто следующий?

— Тебе этого мало?

— Интересно все же, какой там списочек.

— Списочек большой, голова лопнет. Хотел спросить про одного мента, может, ты что-то знаешь. Но лучше завтра.

— Какого мента?

— Майора… Родственника гаишника с «Волчьей балки». Но лучше потом. Пока подумай о сказанном, утром поговорим.

— Значит выпускать меня не собираетесь?

— Тебе здесь плохо?.. Тихо, красиво, кушай-пей что хочешь. Никто не обидит.

— Могу сказать сразу: не рассчитывайте. Язык сломаете уговаривать.

Хозяин поднялся, цокнул языком.

— Хорошо сказал. Ценю. Другого не ждал, — двинулся к выходу.

— Вопрос! — окликнул его Лыков.

— Конечно, дорогой. Хоть сто!

— Если вы всё и про всех знаете, тут с «Волчьей балки» украли одну девчонку. Может, тоже слыхали?

— Внучку капитана? Конечно, слыхал.

— Не знаете, что с ней?

— Не знаю. Но если просишь, постараюсь узнать, — толкнул дверь, за которой маячили два охранника, оглянулся с улыбкой. — А как тебе моя сестричка Малика?.. Красивая, правда? А еще она нежная и внимательная. Завтра скажу, пусть поухаживает за твоим лицом, — и покинул комнату.

Игорь остался один, подошел к окну, за которым густо раскачивались холеные деревья, проплывали тени охранников, тронул тяжелые рамы, беспомощно застонал, скрипнул зубами.

Река была широченная, и если смотреть с этого берега, противоположный терялся в вечернем низком солнце, в дымке от нагретой за день воды. Лениво летали над застывшей слюдяной поверхностью чайки, временами вскидывалась крупная рыба, вдалеке вертикальной сигарой дымил белый пароход.

Наташа сидела на берегу на ошкуренном водой и жарой бревне, куталась в изношенное серое покрывало, завистливо наблюдала,как легко и с удовольствием Щур вскидывал мощные руки, рассекал густую толщу воды, время от времени шумно отфыркиваясь.