Книга Секреты под кофейной пенкой, страница 40 – Джей Эм Холл

– Так цвет какой? – бойко и громко спросила Симона. – Решили?

– С блестками, – уверенно ответила Пэт. – Блестки – всегда хороший выбор.

Лиз одним глазом смотрела на гриль, а вторым – как Дерек настраивает телефон перед пробежкой. На экране тут же появилась карта с пульсирующим маячком и предстоящим маршрутом. С тех пор как они узнали диагноз Рода, муж завел себе этот ритуал – пробежки три раза в неделю. Паническая реакция на плохие новости превратилась в настоящее хобби, которому потребовались дорогие кроссовки, подписка на журнал «Беги, беги» и неадекватное количество согревающей мази для суставов.

Дерек начал тренировку в приложении и открыл заднюю дверь, выглядывая в сгущающиеся сумерки.

– Все, я пошел, – мрачно сказал он.

У нее было двадцать минут. Двадцать семь, если он решит повернуть вокруг садовых участков.

– Ага, – бросила Лиз, не сводя глаз с рыбных палочек. Если они хоть чуть-чуть пригорят, Джейкоб к ним не прикоснется.

Плюс так Дерек поймет, о чем она думает. Ей неописуемо полегчало, когда она вывалила на мужа все то, что чувствовала с тех пор, как нашла то отвратительное анонимное письмо, весь свой шок. Хотя часть ее понимала, что теперь ничего не изменить, и Дерек окончательно сформировал свое мнение насчет возвращения в школу и общения с Джен Старк. В прошлом она давала ему поводы сформировать о себе не слишком высокое мнение.

Поэтому Лиз не удивилась, когда вернулась от Банти Картер, начала складывать глажку, а муж выключил звук телевизора (шел прогноз погоды) и сказал:

– На пару слов.

(За тридцать три года из брака она привыкла, что эта фраза произносилась, только когда она чем-то была занята.) Лиз отложила белье и села рядом с ним. Он взял ее за руку – этот жест всегда был припасен для самых серьезных «слов».

Его не радовало, что она снова ездила в школу, хоть он и понимал ее желание помочь подруге. Но теперь-то подруга справлялась и без нее? Зачем продолжать? Он хотел, чтобы Лиз наслаждалась жизнью, а не лежала ночью без сна, думая о чьих-то анонимных письмах, которые к ней не имеют никакого отношения. «Поэтому, пожалуйста, пожалуйста, забудь про школу Святого Варнавы, письма с оскорблениями, Джен Старк и все, что с ними связано».

Лиз кивала. А что оставалось? Он сказал, что любит ее, нежно погладил руку и включил звук телевизора. Она позвонила Джен (прекрасно понимая, что та на занятиях восточными танцами) и оставила очень малодушное сообщение, что не может прийти на этой неделе, а потом начала планировать, какие оправдания помогут ей вообще больше не возвращаться в класс «Вяз».

Но тревоги никуда не делись. Лиз думала про высокую девушку, рыдающую в туалете. Про Тифф, падающую на пол, и белки ее глаз. Про пустой дом у железной дороги.

И тут же змейкой проскальзывало воспоминание… Ты там, тварь такая? Ты заплатишь!

Лиз вздохнула. Эти мысли никуда не девались, а становились только навязчивее. Она вдруг вспомнила про Пэт. Дерек велел ей не лезть, да и Тельма советовала быть ненавязчивой. Пэт не умела быть ненавязчивой, она была громкой, яркой, веселой.

– Бабушка, – грустный голос Джейкоба вовремя вернул ее к рыбным палочкам. Мальчик стоял в двери. – Ты знала, что на всех пассажиров второго класса «Титаника» было всего две ванные комнаты?