Книга Секреты под кофейной пенкой, страница 155 – Джей Эм Холл

– Да, но… – Дерек нахмурился. – К чему письма? Почему она просто не попросила перевести ее в другую школу?

– Или почему не поискала другую работу? – спросил Тедди.

– На это все нужно время, – сказала Пэт. – А с каждым днем, что она приходила в школу, рос риск столкнуться с Иззи Трюин!

– Она не появлялась нигде, где могла бы на нее наткнуться, – сказала Тельма.

– Родители уже начинали обсуждать, что ее всю четверть было не видно, – заметила Лиз. – Она даже не стала фотографироваться на доску с преподавателями в вестибюль.

– В каком-то смысле, – продолжила Тельма, – она была пленницей собственного успеха. Школа Святого Варнавы стала этим «Маяком грамотности».

– Она же так выпячивала свой вклад в школу и их неописуемый успех, – добавила Пэт. – Как бы она объяснила желание уйти?

– Письма стали для нее идеальным поводом. Страшная она женщина, – высказалась Лиз.

– Видел я нечестивца грозного, расширявшегося, подобно укоренившемуся многоветвистому дереву^[46], – пробубнил Тедди, и Тельма попросила жестом еще воды.

– Ага. – Дерек все не перестал хмуриться. – А зачем тогда слать письма всем? Почему не только себе? Так же сразу очевидно, что кто-то нацелился именно на нее.

– Будь она единственной жертвой, ее бы точно заставили звонить в полицию, – сказала Пэт. – А если пострадавших будет несколько, кто-то точно не захочет, чтобы его письмо всплывало.

– Или как Сэм, даже не признается, что его получил, – уточнила Лиз.

– Очень хитрый план, – согласилась Тельма.

– Зло часто идет рука об руку с успехом, и победить его можно только смелостью, – объявил Тедди. Жена налила ему еще стакан воды.

– И получается, все это сошло Брильяшке с рук? – Род отклонился на спинку стула.

– Ой, не-ет, – протянула Тельма.

– Я думал, вы не смогли ничего из этого доказать, – сказал Дерек.

– Будет она сидеть в своем джакузи и смеяться над вами, надрывая живот, – покачал головой Род.

– Работу она потеряла, не забывай! – уточнила Пэт.

– Она разведет кого-нибудь на новую, – поспорил Род. – У таких людей всегда все получается.

– Да, по закону ей ничего не будет, – согласилась Тельма.

– Хотя она принесла столько боли и мучений. – Лиз потрясла головой.

– Помните, – продолжила Тельма, – мы-то знаем, что она сделала. И Крис Канн знает, хотя и пытался спорить. И она знает, что мы знаем.

– Думаешь, ее совесть будет мучить? – грустно сказал Тедди.

– Я думаю, – Тельма аккуратно подбирала слова, – что семнадцать лет назад женщина по имени Карен Макалистер восхищалась по-настоящему молодым художником по имени Лю Карн… и вот та женщина, даже спустя горы денег, успеха, репутации, так и не забыла этого. Та женщина будет знать, что в этом мире кому-то прекрасно известно, на что она пошла ради своей роскошной жизни.

Лицо у Тельмы было мрачное, а в тихом голосе пряталось осуждение. Слушатели вспомнили свои жизни, свои истории, свои мечты, все плохое и хорошее, что они успели сделать за свои короткие жизни.

– Она знает, – продолжила Тельма, – что в наших глазах навсегда останется той женщиной, которая рассылала ядовитые анонимные письма.

– Пути мира она не знает, и нет суда на стезях ее; пути ее искривлены, и никто, идущий по ним, не знает мира^[47], – сказал Тедди.

– Аминь! – пропел Дерек.

* * *

Род постучал ложечкой по тарелке тирамису.