Книга Красная жатва и другие истории, страница 43 – Дэшил Хэммет

Я закивал, сделав вид, что понимаю.

– Но сейчас я говорю с тобой начистоту. Потому что это дело – особое. Когда наша с Тимом старуха-мать померла, брат был еще мальчишкой. «Смотри, – сказала она мне перед смертью, – не бросай его, Джон» – и я обещал, что не брошу. И вот Сиплый убивает его из-за этой шлюхи. – Он перегнулся через стол и стиснул мою руку. – Понимаешь, куда я клоню? Только теперь, через полтора года, благодаря тебе у меня появилась возможность с ним рассчитаться. Начиная с сегодняшнего дня, так и знай, ни один человек в Берсвилле пальцем тебя не тронет.

Эти слова мне понравились, о чем я не преминул тут же сообщить ему. Мы оба нежно замурлыкали, но тут в кабинет ввели долговязого типа, курносого, круглолицего, веснушчатого. Это и был Каланча Марри.

– Где же все-таки был Сиплый, когда умер Тим? – спросил у Каланчи Нунен, предложив ему сесть и угостив его сигарой. – Ты ведь в тот вечер был в Мок-Лейке?

– Угу, – отозвался Марри, и его острый носик заострился еще больше.

– Вместе с Сиплым?

– Не все же время мы были вместе.

– А когда раздался выстрел, ты с ним был?

– Нет.

Нунен прищурился, и его зеленые глазки вспыхнули.

– А ты знаешь, где он был?

– Нет.

Нунен издал вздох облегчения и откинулся на стуле.

– А раньше ты говорил, черт тебя побери, что сидел с ним в баре.

– Верно, – согласился долговязый. – Говорил. Он меня попросил, я и сказал. Надо же было друга выручать.

– А знаешь, что бывает за ложные показания?

– Да брось ты! – Марри смачно сплюнул в плевательницу. – В суде я ничего такого не говорил.

– А Джерри, Джордж Келли и О’Брайен тоже сказали, что видели его в баре, потому что он их попросил?

– О’Брайен – да. Про остальных не знаю. Выхожу я из бара, а навстречу мне Сиплый, Джерри и Келли. «Пойдем, – говорят, – выпьем по одной». Тут Келли и говорит: «Тима-то пристрелили». А Сиплый ему: «Алиби никому из нас не помешает. Мы все это время из бара не выходили, правильно я говорю?» Сказал и смотрит на О’Брайена, бармена. «Конечно не выходили», – говорит тот. Потом Сиплый посмотрел на меня, и я то же самое повторил. Тогда я его выручил, а теперь прикрывать не собираюсь. С какой стати?

– А Келли, значит, сказал, что Тима пристрелили? А не нашли мертвым?

– «Пристрелили» – так и выразился.

– Что ж, спасибо, Каланча, – сказал шеф. – Нехорошо ты, конечно, поступил, ну да ладно, сделанного не воротишь. Как детишки?

Марри ответил, что дети в порядке, вот только грудной что-то в весе никак не прибавляет. Нунен вызвал прокурора, и Каланча перед уходом еще раз повторил сказанное Дарту и стенографистке.

После этого Нунен, Дарт и стенографистка отправились в больницу к Мертл Дженисон. А я, сказав Нунену, что зайду попозже, отправился в гостиницу спать.

Не успел я расстегнуть рубашку, как раздался телефонный звонок. Дина Брэнд пожаловалась, что никак не может мне дозвониться.

– Ты уже что-нибудь предпринял? – спросила она.

– Пока собираюсь с мыслями. Думаю, твоя история мне пригодится. Возможно, уже сегодня.

– Повремени. Надо увидеться. Можешь приехать прямо сейчас?

– Да, – ответил я без особого энтузиазма, с грустью посмотрев на расстеленную постель.

Мало сказать, что на этот раз холодная ванна меня не освежила, – я чуть было не заснул в ней.

Дверь мне открыл Дэн Рольф, который вел себя так, словно накануне ничего не произошло. Дина вышла в прихожую помочь мне снять плащ. Она была в шерстяном платье песочного цвета, порванном по шву на плече.