Книга Осень, кофе и улики, страница 38 – Юлия Евдокимова

Брандолини почесал затылок, вздохнул, выключил телефон и снова уснул. Лужица красного вина застывала на каменных плитах холодного пола.

День Николетты прошел совершенно в другом темпе, хотя ритм жизни деревни замедлялся, как только уходило тепло, и этот год не стал исключением. Деревня опустела. Пожилая женщина в потёртом синем халате подметала тротуар перед своим домом, пара кошек дремала на каменной стене. В кафе на площади несколько человек завтракали, но это было несравнимо с толпой в рыночный день. Николетта спешила по мощёным улицам на площадь, пытаясь собраться с мыслями для встречи с Марией-Кьярой.

Несмотря на маленькие размеры деревни, художественная школа занимала в ней видное место. Совсем небольшая, но дети получали неплохое образования, кое-кто даже поступал в престижные художественные заведения столицы. Мария-Кьяра взяла управление на себя после мутной историей с какими-то пропавшими счетами лет десять назад и от этого школа лишь приобрела, ее репутация улучшилась.

В кабинете Марии-Кьяры на подоконнике стояли цветущие орхидеи, мебель и стены радовали глаз серо-голубой гаммой.

– Какой был ужин, правда?

– Да, сумасшедшая ночь. По дороге туда мы с Бани шутили о бурной темной ночи, вернее, я шутила, но мне бы и в голову не пришло… – Николетта осеклась, упомянув Брандолини, ассоциация с карабинерами сейчас ни к чему.

Две крохотные чашечки эспрессо были выпиты одним глотком и Николетта приступила к делу.

– Давай попробуем вспомнить. Смотри, я нарисовала, кто где сидел.– Она достала листок бумаги. – Все правильно на твой взгляд?

– Да, я помню все так же.

– Когда погас свет все были на своих местах?

– Кажется, да. Я почти уверена, что да. Никто не вставал из-за стола, мы же ждали десерт.

– А потом, когда свет зажегся?

– Определенно нет. Полный беспорядок. Столовая практически опустела. Тебя помню, ты была за столом. Франческа и Никола что-то ели. А может, это был уже позже… Риккардо, директор школы, зашел в столовую.

– О, я о нем совсем забыла. Он нравится ученикам? Я ушла на пенсию до того, как он пришел.

– Ужасный ворчун, его никто не любит. Вечно на что-то жалуется. Но… несмотря на это, он отличный преподаватель, и знаешь, к нему на занятия ходят с удовольствием.

– Он не упоминал о Виоле Креспелли? Ну, может случайно, в разговоре. В деревне уже неделю обсуждали новеньких.

– Нет. А ты спрашивала его, где он был? Следующаядверь из коридора в библиотеку.

– Ты первая, с кем я разговариваю.

Николетта задала еще несколько вопросов, делая пометки в блокноте. Она слегка растерялась осознав, что на ужине было пятнадцать человек, среди которых сложно найти виновного.

Паоло Риваросса первым прибыл на станцию. Он не только придирчиво осмотрел себя в зеркале, все ли в порядке с формой, но и протер тряпочкой окна и даже подмел пол. Вроде у новой начальницы не осталось поводов, чтобы его отчитать, хотя на самом деле поводы ей были совершенно не нужны.

Он любил порядок и строгие правила и думал, что жесткий стиль лейтенанта Карлини ему понравится. Но как только началась их совместная работа, Паоло взвыл и мечтал лишь о том, чтобы она ослабила хватку. У него ничего не получалось, он терялся и все делал невпопад. Он просто боялся! Боялся что снова получит порцию критики, что его отстранят, что назовут никчемным. Даже когда он пытался приспособиться, начальницу это не устраивало.