Онлайн книга «Золотой человек»
|
– А к завтрашнему дню, – с кислым видом заметила Кристабель, – все будут говорить, что Дуайт – это Чарльз Пис, или Декан Броуди, или Человек с рассеченной губой. – Вы когда-нибудь прекратите беспокоиться по пустякам? – сердито оборвал ее Г. М. – Извините, – пожала плечами Кристабель. – Ничего не могу с собой поделать. Я не паникую, но тревожусь. Помните Человека с рассеченной губой? У него тоже был прекрасный дом в Кенте, но на жизнь он зарабатывал тем, что попрошайничал на улице. Интересно, что подумала его жена, когда узнала об этом? Если мисс Клаттербак или ректор услышат о Дуайте, они, полагаю, не позволят детям прийти в этот дом зла и посмотреть представление фокусника. У Г. М., похоже, проснулся новый интерес. – Подождите! Фокусник. Это как-то связано с парнем, за которого меня приняли? – Извините. Мне очень жаль. – Да? Но кто же все-таки этот Великий Кафузалум? – Рам-Дас-Сингх. В Лондоне все от него без ума. Настоящий индус. – Неужели? – презрительно усмехнулся Г. М. – А вот я впервые о нем слышу. – Дуайт говорит, он выступал даже перед коронованными особами. Реквизит прибыл сегодня утром, но телеграммы от него я пока не получила и, когда он приедет, не знаю. Вам, конечно, будет приятно с ним познакомиться. Моя горничная Элоиза говорит, что вы и сами устроили чудное представленьице у них в столовой. – Чудное представленьице, – с раздражающей медлительностью повторил Г. М. и, помолчав, добавил: – Так вы полагаете, что этот Рам-Дас… как его, Сингх… фокусник получше, чем я? Кристабель улыбнулась: – Полноте, сэр Генри! Вы, конечно же, замечательный любитель… – Любитель! – отчеканил Г. М., внезапно багровея лицом и поднимая кулаки. – Любитель, а? Ник почувствовал, что пора вмешаться: – Все в порядке, сэр. Я лично ни на миг не поверю, что этот Рам-Дас-Сингх смог бы исполнить индийский трюк с веревкой. Он и в подметки вам не годится. – Я сказала что-то такое, чего не следовало говорить?.. – Нет, миссис Стэнхоуп. И в любом случае дело не в этом. Даже если мистер Стэнхоуп поправится, нам все равно предстоит разобраться с этой весьма неприятной ситуацией. Сэр Генри, кажется, уверен, что может объяснить все в двух словах… Г. М. уставился на него: – Хо? Думаете, я вам что-то скажу после всех оскорблений, которыми вы меня только что осыпали? – Черт возьми, сэр, я вас не оскорблял! Каждый раз, когда кто-нибудь говорит или делает что-то, что вам не нравится, вы сваливаете все на меня. Это уже чересчур. Я стараюсь не отвлекаться и думать о деле… – Я вот думаю… – произнесла Кристабель любезным, но многозначительным тоном. – Простите? – Вы, очевидно, напугали Бетти, – со свойственной ей отстраненностью продолжила Кристабель. – У нее были те же, что и у меня, сомнения по поводу двойной жизни Дуайта. Вчера вечером в маленьком театре вы отнюдь не улучшили ее душевного состояния тем, что сказали… – Миссис Стэнхоуп… – Этим утром бедняжка зашла ко мне в комнату поговорить, чего она не делала уже много лет. Сначала она подумала, как и я, что вы сообщник Дуайта. И когда мистер Джеймс встретил ее на лестнице и сказал: «Ваш отец переоделся взломщиком, и кто-то ударил его ножом», – она подумала, что это сделали вы. Потом ей стало стыдно за такие мысли, и она сказала, что постарается быть с вами особенно любезной. |