Книга Дамочкам наплевать, страница 94 – Питер Чейни

Смотрю на собравшихся и улыбаюсь:

– Ну что, дорогие мои? Как пишут в книгах, «вот мы и добрались до конца нашего повествования». Понимаю, такие встречи не устраивают ранним утром, с нарушением всех правил и без присутствия адвоката, на котором так настаивает Полетта. Но ты, Полетта, можешь не волноваться. Вопросов я тебе задавать не собираюсь. Давать показания тебе тоже не придется. Как ты воспримешь услышанное, решай сама. Только не поднимай шума.

Потом поворачиваюсь к Генриетте:

– На вашу долю, дорогуша, выпали самые тяжкие испытания. Мне пришлось жестко обойтись с вами, и моя манера поведения, увы, была единственно действенной. Помните нашу встречу в полицейском управлении Палм-Спрингс? Мне тогда понадобился подробный список всего, что было на вас, когда вы в тот злополучный вечер приехали из Коннектикута в Нью-Йорк. Так вот, я устроил небольшой спектакль, и предназначался он для Перьеры и Фернандеса. Я собирался ехать в Мексику, и мне требовалось усыпить их бдительность. Чтобы думали, будто дело раскрыто и убийца Эймса – вы.

Еще один спектакль мне пришлось устроить сегодня ночью, когда я арестовал вас за убийство Эймса. Мне нужно было убедить этих парней, что вы – единственная виновница всего. Когда вас увезли, я им наврал, что утром они вместе со мной поедут в Нью-Йорк, где выступят в качестве свидетелей. Я сделал это намеренно. Моя ставка была на следующее. Зная, что утром им нужно покинуть асьенду, они постараются как можно тщательнее замаскировать свою мастерскую по изготовлению фальшивок. Интуиция мне подсказывала: мастерская где-то на асьенде, но я хотел, чтобы они сами показали, где именно. Вот я и выбрал не самый лучший способ. Простите меня, леди. Надеюсь, со временем вы поймете.

Генриетта слегка улыбается.

– Все нормально, Лемми, – говорит она. – Я тоже хочу извиниться за свою грубость. Мне бы стоило догадаться, что вы гораздо проницательнее и не можете всерьез подозревать меня в убийстве.

– Прекрасно. А теперь я начну свою речь. Говорить мне придется очень много и долго. Вас я прошу слушать с предельным вниманием. Особенно это касается тебя, Полетта. Пойми, что здесь каждая мелочь имеет для тебя большое значение. Я знаю, что с юридической точки зрения действую не совсем законно, но делаю это исключительно ради твоей пользы. Когда я расскажу все, о чем собираюсь, тебя вернут в камеру, и у тебя будет время хорошенько обдумать услышанное. Заодно подготовишься к разговору с адвокатом, которого тебе пригласят утром.

Расклад такой. Фернандес и Перьера мертвы. Перьера донес на Фернандеса, и Фернандес его застрелил. Следующие выстрелы предназначались бы мне, и потому я опередил парня. Оба входили в преступную группу изготовителей и распространителей фальшивых денег и ценных бумаг, возглавляемую Грэнвортом Эймсом. Да-да, вдохновителем этого преступного бизнеса был именно Грэнворт Эймс.

Однажды Грэнворту Эймсу пришла в голову грандиозная идея. До этого он был игроком на бирже. Иногда ему везло, но часто он лишался всего, что успел заработать. И тогда он подумал: а почему бы не пополнить свой доход за счет фальшивых денег? Для этой цели он купил асьенду «Альтмира», которую потом заложил Перьере. Там-то и стряпались фальшивки. Начали с фальшивых денег, чем занялся Перьера. Поддельные купюры было легко сбывать в игорной комнате. Игроки обычно поднимались туда уже основательно пьяными и не обращали внимания, какими купюрами получают выигрыш или сдачу. Большинство игравших на асьенде «Альтмира» были приезжими. Им-то и подсовывались фальшивки. Если попадался местный, с ним расплачивались настоящими деньгами. Но однажды они прокололись, всучив фальшивки слишком дотошному парню.