Книга В Рождество у каждого свой секрет, страница 48 – Бенджамин Стивенсон

Фургоны пользуются дурной славой, их обычно выбирают террористы и грабители, но это настоящие стервятники среди автомобилей: если вы увидели такую стаю, значит где-то рядом скрывается трагедия. В доказательство моей теории парковку театра, расчищенную от гражданских машин, заполнили фургоны новостных служб и еще один черный — коронерской службы. Понятно, что отрубленная голова фокусника вполне могла стать национальной, а то и мировой сенсацией. Вероятно, Джош сейчас пытался продать свою запись самому щедрому покупателю.

Клочья облаков рассеялись, и солнце светило так ярко, что я не смог взглянуть на сверкающий стеклом атриум, не поморщившись. От черного асфальта парковки поднималось мерцающее марево. Я повернул за угол театра, не желая объясняться с полицией. Тот код, что дала мне Ивонна, — 4183 подошел к двери служебного входа, и я юркнул внутрь, с благодарностью ощутив затылком дыхание кондиционера. Во второй раз я уже лучше ориентировался в лабиринте закулисья и сразу поднялся наверх. Со сцены долетали голоса, и я не стал задерживаться возле нее.

Оказавшись в кабинете Лайла, я закрыл дверь и опустил жалюзи. Все здесь выглядело так же, как и в первое посещение, что и неудивительно. Лайл находился в самом низу списка подозреваемых. Как могла полиция заподозритьпокойника?

За последние двенадцать часов у меня в голове оформились две идеи: первая — когда я прошлым вечером слушал речь Лайла на конференции «Технологии, развлечения, дизайн», вторая — когда смотрел на лужу крови в кухне сегодня утром.

Я подошел к компьютеру, пошевелил мышкой, и меня встретило привычное окно ввода на экране. Простите, если разочарую читателей, ожидавших, что я наклонюсь к микрофону и прошепчу: «Рождество». На самом деле я достал телефон, загрузил с YouTube видео и перемотал до нужного места. Потом поднес телефон ближе, и голос Лайла произнес: «Страсть рождает перемены».

Компьютер одобрительно квакнул, и я вошел в программу.

И тут замок кабинета Лайла щелкнул и в дверях появился Роджер Слит.

— Какого черта вы здесь делаете? — спросил он.

Отойдя от компьютера, я молча наблюдал за тем, как Роджер выглянул в коридор, словно решая, стоил ли позвать полицейских. Вряд ли я смог бы чем-то помочь Эрин, если бы отправился следом за ней за решетку. Наконец Роджер закрыл дверь, выключил свет и подошел ко мне:

— Свет в кабинете видно даже при опущенных жалюзи. Так я и узнал, что вы здесь. От чертовых копов мало пользы, хотя это поняли бы даже они. Нас вызвали сюда, чтобы взять показания, но я уже освободился. Как вы вошли в компьютер? — Он постучал пальцами по столу.

Такое любопытство не укрылось от моего радара, но Роджера извиняло то, что почти каждого подозреваемого странным образом тянуло ко мне. Фьют пригласила меня сюда, Фелман прислал полицейские отчеты, Во пыталась предупредить об убийстве. Глупо было бы думать, даже не принимая в расчет само убийство, что эти попытки сближения не имеют скрытых мотивов. Роджер исключением не был. Я рассудил, что он, как консультант фонда, должен многое знать о других подозреваемых, и не стоит его разочаровывать.

— Пришлось добавить взлом паролей к прочим своим навыкам сыщика, — сказал я, возвращаясь к компьютеру. — У нас еще не было возможности поговорить обстоятельно. Мне пока не ясно, кем на самом деле был Лайл, если отбросить все эту фондовую шелуху. Вы хорошо его знали?