Книга В Рождество у каждого свой секрет, страница 46 – Бенджамин Стивенсон

Жара не идет на пользу ни крови, ни обонянию. Густой гнилостный запах ударил мне в ноздри, как только я вошел. Примерно так вернувшийся из отпуска хозяин узнает, что у него сломался холодильник. Я разглядел впереди холл и лестницу, знакомую по фотографиям криминалистов, с цепочкойкровавых пятен, ведущих наверх (или вниз), как и описывала Эрин. С той лишь разницей, что ярко-алая прежде кровь от недостатка кислорода со временем стала коричневой, как патока.

По запаху я определил, что кухня находится справа, и решил свернуть налево, через столовую, в гостиную, где стояло на посту лишенное листьев рождественское дерево, выкрашенное в золотистый цвет, без всякого намека на зелень и украшения: такой минимализм привычен в богатых домах. Под деревом лежали четыре маленьких, размером с кулак, аккуратно упакованных подарка. На первом этаже также находился винный погреб, сырная кладовая (откуда, честно говоря, пахло еще хуже, чем кровью), гостевая спальня и лифт. Эрин явно приподнялась.

Пройдя в кухню, я первым делом поразился сохранности места преступления. Эрин была права: криминалисты только осматривают помещение, а наводить порядок предоставляют хозяевам. Другие убийства, которыми я занимался, были, говоря по-простому, выездными. Навынос. Так что меня и удивило, и обрадовало, что вся картина выглядела в точности так, как на фотографии, за исключением тела Лайла.

Лужа крови была больше, чем возле трупа Райлана, но и сам Лайл был крупнее. Означало ли это, что и крови он должен потерять больше, я не знал. Я осторожно перешагнул через лужу и через корявое, написанное кровью предсмертное сообщение: «Рожд-во». Уже знакомые мне буквы разного размера — широкое Ж, сжатое Д и дефис, как на школьном плакате, когда начинают с размахом, а потом оказывается, что места не хватает. Это слово все еще ничего для меня не означало. Зачем тратить время на название праздника? Почему нельзя было написать что-нибудь полезное? Например, «Эрин не виновна». Или, как некоторые из вас, наверное, уже подумали, но мне еще не пришло в голову, пароль своего компьютера.

Кухонные ножи пропали. Я проверил список из письма Фелмана и нашел их в числе улик, которые забрала полиция. Орудием убийства действительно был нож Эрин. Я осмотрел кухонный стол, раковину, мусорный бак (тоже пустой, криминалисты все из него выгребли) и холодильник, к которому была прилеплена записка «Хлеб и молоко», написанная, вероятно, рукой Лайла, потому что почерк Эрин я бы узнал. Может быть, это подсказка? Я проверил холодильник: молока там и вправду не было. Рядом с тостером лежали остатки буханкихлеба. Так что да, это подсказка, но не такая, как секретный код или что-нибудь подобное. Иногда «хлеб» означает просто хлеб, а «молоко» — молоко.

Я вернулся в холл и поднялся по краю лестницы, чтобы не наступить на кровь. На верхней площадке, там, где лежал нож, осталось большое пятно. По расположению капель крови было совершенно ясно, что нож принесли снизу уже после убийства, и Лайл не был заколот в спальне, а уже потом из последних сил спустился в кухню. Вот только это никак не опровергает версию о том, что Эрин убила своего любовника в кухне, а потом просто вернулась в спальню, выронив нож по дороге.

Я не считал, что Эрин врала мне, когда говорила, что ничего не помнит. Но невольно задумался о том, может ли человек совершить такое представление и не сохранить воспоминаний об этом. В письме Джоша говорилось, что в крови Эрин и Лайла не нашли следов наркотиков, а токсикологический анализ тоже подтверждал это: в обоих отчетах безостановочно мелькали слова «не обнаружено», а на последней странице упоминалось, что и седативных веществ Эрин тоже не принимала. Как еще можно стереть память человеку?