Онлайн книга «Бельфонтен и убийство в море»
|
– Какой браслет? – Кожаный. С пряжкой. Подарок. – От кого? – От… друга. – От любовника? Уиттл побледнел. – Это… не ваше дело. – А переписка с германским посольством – моё дело? Уиттл сел. Закрыл глаза. – Что вы хотите? – Правду. Вы были в каюте Мэрион вчера вечером? – Да. Я… пришёл. Хотел поговорить. Умолять. Она… не открыла. Я постучал. Никто не ответил. Я… ушёл. – Во сколько? – Без пятнадцати одиннадцать. – А потом? – Потом я пошёл курить. На палубу. Потом – сюда. Спать. – Один? – Да. Один. – Кто может подтвердить? – Никто. Жюльен подошёл к столу. Открыл ящик. Там – письма. Шифровки. Одна – с печатью германского посольства. Дата – вчерашняя. Он развернул. «Уважаемый месье Уиттл,Подтверждаем получение вашего сообщения. Гарантии безопасности британских инвестиций будут предоставлены при условии… нейтралитета в вопросе Австрии.С уважением,Генрих Мюллер» Жюльен показал письмо Уиттлу. – Вы торгуете своей страной? – Нет! Я… защищаю интересы! – А Мэрион собиралась отправить это в «Таймс»? – Да. Она… угрожала. – И вы не заплатили? – У меня нет таких денег! – А в сейфе? – Жюльен указал на сейф. – Что там? – Мои документы. – Откройте. Уиттл замер. – Я… не могу. – Почему? – Потому что… это государственная тайна. – А убийство – нет? Уиттл не ответил. Просто сидел. Смотрел в пол. Жюльен подошёл к чемодану. Открыл.Там – костюмы. Рубашки. И… пачка долларов. Завёрнутая в газету. – Это что? – Мои деньги. Для… расходов. – А почему в долларах? – Потому что… я еду в Америку. После Афин. – Зачем? – По делам. – Каким? – Дипломатическим. Жюльен закрыл чемодан. Написал в блокноте: Ирвинг Уиттл – мотив: страх разоблачения. Соврал про браслет, алиби, сейф. Подозрение – максимальное. – Не покидайте корабль, месье Уиттл. И… не трогайте документы. Он вышел. Оставив Уиттла одного. С моноклем. С письмами. С… совестью. Последняя – каюта Элени. Она открыла дверь в чёрном платье, с опущенными глазами и лицом, на котором не было ни страха, ни злости – только усталость. – Месье Бельфонтен, – сказала она. – Вы пришли… арестовать меня? – Я пришёл найти правду, – ответил он, входя. Каюта – маленькая. В трюме. С одной лампочкой. С узкой кроватью. С чемоданом под ней. На столе – фото. Две девочки. Близнецы. Подпись: «Мэри и Мэсти. 1910». – Это вы? – спросил Жюльен. – Да. Я – Мэсти. Она – Мэри. Моя сестра. Близнец. – Она умерла? – Да. В 1926. От лихорадки. В Нью-Йорке. – А эта… взяла её имя? – Да. И документы. И наследство. И… меня. Заставила работать на неё. Как служанку. – Почему вы не сбежали? – Потому что она… угрожала. Сказала, если я убегу – расскажет всем, что я сумасшедшая. Что я убила сестру. Что я… не существую. – А вчера? Вы были у неё? – Да. Я убирала каюту. Потом – ушла. Потом… вернулась. Забыла перчатки. Увидела… её. И его. Месье Уиттла. Он стоял над ней. Плакал. – Вы видели, как он её убил? – Нет. Я ушла. Я испугалась. – Почему не сказали сразу? – Потому что… хотела, чтобы его повесили. За неё. За меня. За всё. – А теперь? – Теперь… я думаю, он не убивал. Убийцы… не плачут. Жюльен кивнул. Подошёл к чемодану. Открыл. Там – платья. Фартуки. И… дневник. Старый. В кожаном переплёте. Он открыл. На первой странице – надпись: «Настало время. Она умрёт. И я… стану собой». – Вы написали это? – Да. Месяц назад. – А вчера? – Я… не сделала этого. – Почему? – Потому что… я хотела, чтобы она страдала. А не просто… умерла. |