Книга Убийство в Петровском парке, страница 12 – Роман Елиава

Когда Трегубов услышал, что он арестован, его захлестнула волна быстро сменяющих друг друга эмоций: удивление, сомнение, отчаяние и, наконец, неприятие. Мужчины подошли вплотную, не спуская глаз с Трегубова. Они были напряжены, словно опасаясь, что молодой следователь может кинуться на них с кулаками или же просто убежать.

– Не делайте глупостей, господин Трегубов! – приказным тоном заявил один из них.

Иван перевел взгляд, на подъехавший закрытый экипаж. Один из мужчин положил руку на его плечо, второй открыл дверь экипажа.

– Но кто Вы такие? Что происходит? – Трегубов наконец справился со своими эмоциями.

– Это Вам скажут на допросе, – ответил, открывший дверь, агент, доставая из кармана бумагу и показывая её Трегубову.

– Полиция? Какой, к чёрту, допрос?! – обескураженно спросил Трегубов. – Почему?

– Залезайте! Я же Вам уже сказал, что… – раздраженно начал полицейский, но его отвлекло внезапное появление ещё одного экипажа.

Небольшая открытая пролётка быстро вылетела из-за угла соседней улицы и остановилась напротив дома Трегубова, перекрыв дорогу полицейскому экипажу.

Агент переключил своё внимание с арестанта на извозчика пролётки:

– Эй, куда прёшь, скотина! Убирайся с дороги!

Из остановившейся пролётки, придерживая саблю, вылез жандармский офицер в шинели.

– Ротмистр Смирнов! – вырвалось у Трегубова. – Так это Вы меня арестовали?

– Не ротмистр, а подполковник, – иронично улыбнулся Смирнов, – на секунду эта улыбка раздвинула его густые, светлые усы. – Обижаете, Иван Иванович. Когда это я Вам зла желал?

Ротмистр Смирнов, а ныне уже подполковник, был давним знакомым Ивана Трегубова, с которым он, скажем прямо, не по своей собственной воле работал над парой дел. Следователь был удивлен появлению жандарма, которого не видел с ещё с прошлой осени, и, признаться, уже стал забывать о его существовании, то есть, вспоминал всё реже и реже.

Два агента, увидев перед собой офицера в высоком звании, который был знаком с арестованным, тоже на некоторое время растерялись. Затем один из них взял себя в руки, и, четко проговаривая слова, заявил:

– Господа, вынужден прервать Вашу беседу. Господин подполковник, следователь Иван Иванович Трегубов арестован и ему запрещено говорить с кем бы то ни было.

– Ах, оставьте такой тон. Я забираю господина Трегубова, а вы можете быть свободны.

Агенты переглянулись, а их арестант был совсем сбит с толку происходящим.

– Мы не можем Вам отдать арестованного, – сказал один из них, для уверенности беря Трегубова под руку, – у нас приказ.

– У вас приказ, значит? А Вы думаете я просто так приехал? Побеседовать тут с вами о погоде? – повернулся жандарм к агентам.

– Жандармы нам не указ, – пытаясь имитировать уверенность в голосе, ответил агент, ещё крепче сжимая локоть Трегубова.

– У меня тоже есть приказ -доставить его к нашему общему начальству, – серьезно сказал подполковник. – И сделать это нужно быстро.

– Это к кому же? – спросил агент, не отпуская Ивана.

– К Николаю Ивановичу, – шмыгнул носом жандарм.

– Кто такой Николай Иванович? – подал голос второй агент.

– Вы, что же, не знаете нового директора департамента полиции Петрова Николая Ивановича? – усы Смирнова снова разошлись в ироничной улыбке.

Агенты переглянулись, в их глазах была растерянность и легкий испуг. Они получили приказ от непосредственного начальства арестовать Трегубова, но они не могли отказать посланнику главы всей полиции Российской империи. Поняв друг друга без слов, полицейские решили подчиниться. Агент разжал руку, отпустив Трегубова.