Книга Убийство в Петровском парке, страница 78 – Роман Елиава

Дверь открылась без стука, на пороге появился подполковник Смирнов. Не здороваясь, он оглядел каждый угол кабинета, а затем сказал:

– Иван Иванович, раз Вы закончили оба дела, пора Вам этот кабинет оставить и вернуться в прежний.

– Что, простите? – изумился Иван.

– Да шучу я, шучу, – сказал подполковник, усаживаясь напротив следователя. – Но видели бы Вы выражение своего лица… Вас утвердили в должности. Так что Вы остаетесь. Господин директор доволен Вашей работой в те ограниченные сроки, которые он поставил.

– Вы имеете ввиду то, что я нашёл документы?

– Именно! Но будем честны, что вся эта история случилась только потому, что князь имеет привычку разбрасывать секретные документы где ни попадя, – заявил жандарм. – Кстати, может Вам будет интересно узнать, что господин Колядко действительно существовал, но умер в отрочестве от туберкулёза.

– Что будет с немецким шпионом, этим фон дер Бланком?

– Это секретная информация, не могу Вам сказать. Но могу рассказать про второго участника нашего дела, графа Исаева. Возможно, всё сойдет ему с рук.

– Почему? – удивился Трегубов.

– Не знаю почему. Мне это кажется безумием и несусветной глупостью, но его выгораживает сам князь Бронский. Зачем, скажите на милость?После того, как он чуть не довел князя до самоубийства!

– Исаев спас Бронскому жизнь на турецкой войне.

– Не зна-а-л, – протяжно сказал жандарм.

– Видите, Вы тоже чего-то не знаете, – первый раз за день улыбнулся Трегубов.

– Зато Вы в своём репертуаре, – парировал подполковник, – то полдеревни на каторгу, то всех гостей князя Бронского арестовали.

– Не всех, – возразил Трегубов, – одного освободил, которого безвинно посадили в тюрьму Коваль и Стрельцов.

– Кстати, о нашем старом знакомом. Директор, Николай Иванович, устал от его интриг, – Смирнов перешёл на полушёпот, – но убрать тайного советника совсем невозможно, поскольку тот за все годы службы оброс связями в столице. Однако, появилась идея перевести его в почтовое ведомство, – пусть занимается цензурой и чтением чужих писем. Кто-то же должен делать и это!

– Вы думаете?

– А как же! Нельзя всё пускать на самотёк, обязательно нужно. Вот пусть господин Стрельцов и послужит на этом поприще Отечеству. Хотя последнюю пакость он всё же успеет нам устроить.

– Какую же?

– Вы, конечно, помните повариху князя, Барбару. Выгоняет её во Францию. Но мы надеемся, что французский посол, как умный человек, поймёт, что это всего лишь формальность. Кстати Вы знали, что он потомок наполеоновского маршала Ланна?

– Нет, – сказал Иван и посмотрел на чистый лист перед собой.

– Трегубов, я Вас не понимаю, – возмущённо сказал жандарм. – Вы раскрыли оба, порученных Вам, дела, спасли от тюрьмы своего друга Канарейкина, получили повышение, но от чего у Вас такой кислый вид?

– Я упустил убийцу пяти женщин. Он оказался умнее меня и всей полиции вместе взятой.

– Ба-а, так вот в чём дело! Будто Вы не знаете, сколько преступников ещё гуляют на свободе, о которых никто даже не подозревает. Послушайте! Хочу утешить Ваше чувствительное эго: Вы нашли обоих соучастников убийств. Один повесился, не дожидаясь суда, – туда ему и дорога. Второй сбежал за границу. Что ещё Вы хотите?

– Но он будет продолжать убийства!

– Но уже не у нас!

– Вам что же, всё равно, если он продолжит свои убийства во Франции? – удивился Трегубов.

– Честно? – пожал плечами жандарм. – Всё равно.

– Неужели Вы не думаете о несчастных женщинах, которые могут стать новыми жертвами?

– У Вас богатое воображение, Трегубов. Наверное, потому, что мало забот и есть время воображать, ау меня слишком много собственных проблем и работы в своей стране, чтобы я ещё думал о француженках. Пусть о них думает французская полиция!

– К слову о французской полиции, – задумчиво произнёс Иван, – как Вы считаете, я могу передать им письмо через Барбару?