Книга Снежная ловушка мистера Куина, страница 56 – Бенедикт Браун

Следующий вопрос Белла задала так прямо и с такой силой, что наша подозреваемая упала обратно на стул:

– А как насчет тебя, Поппи? Это ты убила Сесила?

Впервые за все время, что мы здесь сидели, на ее лице появилось выражение беспокойства.

– Зачем мне было его убивать? Если он и был чем-то важен для меня, так это своими связями. Как он сможет повлиять на остальных и сделать из меня звезду, раз он мертв?

– Хороший аргумент. – Белла вошла во вкус допроса, и цунами, которое обрушила на нас Поппи, почти спало. – Но ты все еще предполагаешь, что тот, кто убил Сесила, неплохо соображал. Я считаю, что большинство убийств совершаются из-за страсти или гнева. И для женщины обезуметь от ярости и избавиться от жестокого любовника – более частый случай, чем спланировать и хладнокровно убить, не так ли?

Поппи только улыбнулась:

– Может, Альму я и не считаю такой уж невинной, а вот ты, моя дорогая… – Она едва ли была старше Беллы больше чем на пару лет, но разговаривала с ней так, будто была гораздо опытнее. – Так здорово верить, что убийства совершаются только в состоянии аффекта, но ты явно недооцениваешь, насколько коварными бывают люди. Вполне вероятно, что один из тех, кто сидит в столовой в этот самый момент, приехал сюда с намерением убить моего любимого Сесила.

Последовала пауза, Поппи сверлила Беллу глазами. Мне показалось, что мы наконец нашли брешь в ее защите, поэтому я задал свой вопрос:

– Даже если ты не убивала своего парня, открытой книгой тебя не назвать. Мы так о тебе ничего и не узнали.

После очередной паузы, долгой затяжки и такого же выдоха Поппи произнесла:

– Что бы вы хотели узнать?

Белла наклонилась к девушке:

– Можешь для начала назвать свое полное имя.

К этому моменту наша подозреваемая уже сидела в сером облаке. Дым от ее сигарет рассеиваться не собирался и висел в воздухе, будто Поппи была ведьмой и могла контролировать погоду вокруг себя.

– С чего вам беспокоиться о таких мелочах? Я Просто Поппи.

Белла выразительно посмотрела на меня:

– Я считаю, что при расследовании преступления вполне естественно узнавать о подозреваемых как можно больше.

– А для меня вполне естественно желать эту некоторую таинственность сохранить. Все, что я могу сказать, так это что я родилась и росла без любви и заботы. Моя семья даже в детстве не проявляла ко мне никакого интереса, но, когда я открыла для себя актерское мастерство, то почувствовала, будто родилась заново. Сесил дал мне второй шанс. Так что нет, спасибо. Я не хочу возвращаться к своему прошлому. Как я и сказала, мое имя – Поппи, вот и все, что вам нужно знать.

– Возможно, мы узнаем твое полное имя, когда огласят завещание Сесила. – Белла как будто гордилась собой, и я ее не винил. – Если ты надеялась, что, убив его, унаследуешь это поместье, то могу пообещать: я сделаю все, что в моей власти, чтобы этого не допустить.

Поппи уже не выглядела возмущенной. Более того, она выглядела испуганной, и я мог кое-что добавить к ее переживаниям:

– Росс Синклер сказал мне, что Сесил собирался изменить завещание, если его отец женится на Эдит. Так и случилось? После их помолвки он переписал все на вас?

– О, да бросьте! Я ничего не знаю о делах Сесила, и у меня нет никаких оснований думать, что мне что-то полагается по завещанию. – Но страх не исчез из ее взгляда даже после смены темы. – Так кого еще мы забыли?