Книга Снежная ловушка мистера Куина, страница 108 – Бенедикт Браун

– По правде говоря, я, как новичок, и сам совершил ряд ошибок. Вообще-то был еще один подозреваемый, о ком я даже не подумал.

– Это вполне объяснимо, старичок, – наивно ответил Гилберт. – Некоторые люди просто не могут вызывать подозрений. – Он разгладил галстук, явно довольный собой.

– Верно, Гилберт. Но я говорил о Белле, а не о тебе. – Вокруг раздались едва заметные смешки при виде удивления на лице этого высокомерного типа, и я решил объяснить свой ход мысли: – Возможно, это было ленью с моей стороны – не заподозрить своего партнера по расследованию, особенно учитывая, что это всегда замечательный поворот в детективах. В конце концов, она вполне могла пригласить меня сюда на выходные, чтобы я стал ее алиби, и придумать какой-то механизм, чтобы убить ее предполагаемого друга в башне, пока мы беседовали внизу.

Эдит ахнула от одной только мысли, и я поспешил закончить:

– Но это было крайне маловероятно, так как я провел с ней бо́льшую часть прошлого вечера и вообще знаю Беллу практически с рождения, так что, думаю, могу не сомневаться в ее характере.

– Погоди-ка, – быстро вставил Гилберт. – А какие у тебя были причины подозревать в убийстве меня?

Я был рад, что он спросил, поэтому так и ответил:

– Рад, что ты спросил. И хотя я теперь готов признать, что у тебя не было преступных намерений, но со счета Сесила пропала значительная сумма денег и спустя несколько дней так и не вернулась. Кроме того, ты вчера вытащил нас из дома на мороз и вполне мог за это время попытаться найти укромное местечко, где спрятаться, чтобы потом напасть на Поппи. В конечном счете ты мог бояться потерять работу, свободу и, возможно, шанс ухаживать за безупречной леди Изабеллой Монтегю, и поэтому я мог представить, что ты убил своего клиента, чтобы сохранить свои преступления в секрете.

– Вполне справедливо, но я ничего не крал и никого не убивал, и на этом точка. – Но сам смысл моих слов Гилберт отрицать не стал, а продолжил гладить Перси, будто ничего из вышесказанного не имело значения. Я начал всерьез сомневаться в способностях своего пса разбираться в людях.

– Да, Гилберт, – устало вздохнул я. – Похоже, ты невиновен. Но Сесил все равно злился на тебя прошлым вечером из-за этих денег. Ты говорил по телефону, пытался решить этот вопрос, несмотря на то что твои коллеги уже наслаждались праздником. Так что хоть ты и не убийца, но ночь в камере могла бы искупить твое рабовладельческое отношение к подчиненным в канун Нового года.

Я думал, что это замечательная идея, но инспектор Лавбрук никогда бы на такое не согласился. Он и правда скрестил руки на груди и едва заметно покачал головой.

Но в этот момент в беседу вступила Белла:

– Ты, может, и не совершал преступления, Гилли, но, когда дело дошло до расследования, помощи от тебя не было никакой.

На лице ее парня снова явно проступило изумление.

– Дорогая моя, как ты можешь так думать? Я бы из-под земли достал что бы ты ни попросила.

Они сидели в креслах друг напротив друга, и Белла посмотрела на него свысока:

– Я говорю о завещании Сесила, о котором ты почему-то не упомянул до сегодняшнего утра. Едва ли у твоей забывчивости была какая-то причина?

Вопрос этот она задала с совершенно невинным видом, зато Гилберт как раз выглядел определенно виноватым.