Книга Коварный гость и другие мистические истории, страница 7 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

Через несколько мгновений мадемуазель снова очутилась одна в своей комнате. Она закрыла дверь на засов, взяла из несессера полученное утром письмо, опустилась в кресло и внимательно прочитала. Чтение прерывалось долгими периодами глубоких раздумий; проведя за этим занятием целый час, она тщательно запечатала письмо, убрала его обратно в несессер и, разгладив лоб и весело улыбнувшись, пригласила свою прелестную ученицу на прогулку.

Перенесемся же на несколько дней вперед и сразу перейдем к приезду сэра Уинстона Беркли, произошедшему, как и положено, вечером назначенного дня. Баронет вышел из своей кареты незадолго до часа, когда обитатели Грей-Фореста вместе усаживались за ужин. Посвятив несколько минут приведению себя в порядок при помощи опытного лакея, сей достойный джентльмен стал готов во всей красе появиться перед семейным собранием.

Сэр Уинстон Беркли был джентльменом до мозга костей. Довольно высокий, хорошо сложенный, он держался легко и беззаботно. В его лице имелось что-то неуловимо аристократическое, хотя годы оставили на нем более сильный отпечаток, чем можно было ожидать. Но сэр Уинстон был сластолюбцем, и, как он ни старался скрыть следы излишеств, они все равно были хорошо заметны на лице пятидесятилетнего красавца. Одетый с иголочки, веселый и жизнерадостный, он, едва переступив порог, почувствовал себя как дома. Разумеется, истинной сердечности тут не было и в помине; но мистер Марстон, как и подобает человеку с хорошим воспитанием, заключил родственника в объятия, и баронет, кажется, был готов подружиться со всеми присутствующими и проявить довольство всем, что происходит. Войдя в гостиную, он завел веселый разговор с мистером и миссис Марстон и их очаровательной дочерью. Не прошло и пяти минут, как появилась мадемуазель де Баррас. Она шагнула к миссис Марстон, и сэр Уинстон, поднявшись, окинул ее взглядом, полным восхищения, и вполголоса спросил Марстона:

– А это кто?

– Это мадемуазель де Баррас, гувернантка моей дочери и компаньонка миссис Марстон, – сухо представил Марстон.

– Ага! – воскликнул сэр Уинстон. – Я так и думал, что вас дома всего трое, и не ошибся. Ваш сын учится в Кембридже; я слышал это от нашего старого друга Джека Мэнбери. У Джека сын тоже там. Право слово, Дик, кажется, всего неделя прошла с тех пор, как мы вместе сидели там за партами.

– Да. – Марстон мрачно глядел в огонь, как будто в дыму и мерцании видел призраки впустую потраченного времени и упущенных возможностей. – Но знаешь, Уинстон, я не люблю оглядываться на те времена. Прошлое для меня – череда неудач и дурных событий.

– Да что ты за свинья неблагодарная! – весело вскричал сэр Уинстон, обернулся спиной к огню и окинул взглядом просторную и красивую, хоть и несколько запущенную комнату. – Я уже хотел было поздравить тебя с обладанием лучшим парком и благороднейшим поместьем во всем Чешире, а ты вдруг начал ворчать. Право же, Дик, в ответ на твое хныканье могу только сказать, что мне тебя совсем не жалко, потому что на свете очень много людей, которые искренне позавидовали бы тебе.

Вопреки его бодрым заверениям, Марстон хранил угрюмое молчание. Однако уже подали ужин, и небольшая компания заняла свои места за столом.

– Прости, Уинстон, не могу предложить тебе никаких развлечений, – сказал Марстон. – Разве что рыбалка тут хорошая, если ты ею увлекаешься. В твоем распоряжении три мили ручья, в котором прекрасно ловится форель.