Книга Безупречные создания, страница 78 – Елена Михалёва

В руках мальчик держал три скромных и весьма лирических на вид букетика из пушистых бело-розовых маргариток, перевязанных тонкими синими ленточками.

– Купите, сударь, – мальчик широко улыбнулся, не стесняясь зияющих пробелов меж молочными зубами, и настойчивее протянул цветы. – И ваша барышня сразу подобреет!

Это его заявление заставило Лизу широко распахнуть глаза. От неожиданности она никак не могла решить для себя, какая именно часть последней фразы задевает её более всего.

Эскис же лишь невозмутимо уточнил, продолжая весело улыбаться:

– А цветы, полагаю, ты сорвал на ближайшей клумбе?

– Вот вам крест, нет! – Мальчонка торопливо перекрестился, после чего ткнул пальцем в сторону дворца Юсуповых. – Маменька моя цветочками торгует на улице, а я ей помогаю.

Лиза вытянула шею, чтобы получше разглядеть. Действительно, на углу стояла женщина с лотком и предлагала подобные букетики прохожим.

– Так что, купите? – с надеждой спросил мальчик и, не дожидаясь ответа, выбрал самую пышную связку и сунул её Лизе в руки. – Берите, барышня! И не серчайте на барина.

От неожиданности Бельская взяла букет, но тотчас попыталась вернуть его.

– Не нужно, – смущённо пролепетала она. – Это совершенно недопустимо.

Но Эскис уже полез во внутренний карман сюртука за бумажником.

– Оставьте, Елизавета Фёдоровна, – он выудил несколько монет (как Лизе показалось, слишком много для столь скромного букета) и протянул их ребёнку: – Держи.

– Спасибо! – Мальчик торопливо поклонился и побежал обратно к матери.

Чтобы хоть немного скрыть то, как сильно она покраснела, Бельская потупилась и сделала вид, что нюхает маргаритки.

– Merci, – тихо вымолвила она, не смея поднять глаз на Эскиса.

Мужчина ничего не ответил. Он спрятал бумажник обратно в сюртук. Молча встал так, чтобы хоть немного укрывать её от ветра, который гулял по набережной.

Ей не стоило принимать эти цветы. Хотя бы просто потому, что принести их в Смольный она не могла, иначе расспросов не миновать. Ксения Тимофеевна так и вовсе побежит жаловаться. Если уже не побежала.

Маргаритки в её руках были простыми. В отцовской усадьбе они росли частым ковром, как сорняк. Прежде Лиза их даже не замечала и не считала за цветы. Но эти маргаритки… они были другими. От их тонкого, чуть сладковатого аромата в груди разливалась тихая, трепетная радость. Девушке захотелось поймать это ощущение и сохранить в памяти навечно.

Ей и прежде дарили цветы на различные праздники, но подобного она никогда не испытывала. И причина заключалась вовсе не в маргаритках.

Алексей стоял так близко, что она чувствовала чуть горьковатый аромат его одеколона. Он смешивался с едва уловимым запахом медицинского кабинета, где Эскис проводил большую часть своей жизни. Это оказывало какое-то гипнотическое действие, которое совершенно не давало сосредоточиться. Лиза даже успела позабыть, из-за чего сердилась на него несколько минут назад.

Разумеется, никакой симпатии с его стороны возникнуть не могло. Алексей ведь только что потерял невесту. Да и сама Бельская не позволяла себе думать о женихе бедной Танюши. Кроме того, она и так слишком сильно рисковала репутацией, общаясь с Эскисом наедине или же появляясь в обществе. Лиза свято верила в то, что подобное недопустимо для приличной девушки. Могли пойти совершенно скандальные слухи, как ей казалось. А если бы узнали в Смольном, о золотом шифре на будущий год можно вовсе забыть. Не говоря уже о папеньке. Он бы точно пришёл в ярость и глубоко разочаровался в единственной дочери, посмевшей связаться с мужчиной за его спиной.