Онлайн книга «Двойник с того света»
|
В разных частях города, особенно в людных местах, мелькали выкрашенные в красный цвет ящики пожарных звонков, закреплённые на стенах домов. Их количество в Санкт-Петербурге уже приближалось к трём сотням[60]. Попадались омнибусы и стародавние общественные кареты – дилижансы. Они ходили лишь по пяти маршрутам, но всё ещё пользовались популярностью. Весной, летом и осенью с конно-железной дорогой пытались соперничать лишь паровые катера Финляндского общества, перевозившие в навигацию до пятнадцати миллионов пассажиров. Пароходных линий насчитывалось десять, тогда каку конки их было в три раза больше, и работала она круглый год. Двуконные экипажи стояли на биржах, одноконным там не было места, и они ловили седоков на второстепенных улицах. Столица, выстроенная на болоте и человеческих костях, иногда казалась Ардашеву мрачной, и старинные каменные особняки напоминали памятники на кладбище. «Да, царь воплотил в жизнь свою мечту, построив в устье Невы современный город, – размышлял Клим. – Раскроенный на широкие прямолинейные проспекты, изрезанный каналами и соединённый мостами, Петербург стал гордостью России. Но сколько сотен тысяч крепостных душ пропало в этом гиблом месте? Кто об этом помнит? Кому нужно было считать всех этих иванов, семёнов, проклов, игнатов? Там, где хоронили, там и строили, невзирая на православные устои. Волновало ли это Петра? Беспокоило ли это Меншикова? Нет!.. В России всегда человеческая жизнь стоила полкопейки. Все правители этой страны решали проблемы государства не за свой счёт, не ценою собственного кошелька и жизни родственников, а посылали на смерть миллионы выходцев из народа, считая, что так всегда было и так будет впредь. Правда, иногда сподабливались награждать некоторых, особо отличившихся храбрецов орденами и медалями имени себя. Одних посмертно, вторых, искалеченных, – ради утешения, а третьих – для дальнейшей службы. Наступит ли такое время, когда государь будет заботиться о каждом подданном, как о своём сыне? Хочется в это верить. Тогда можно и «живот положить» за такого самодержца». Доехав до пересечения с Адмиралтейской линией, Клим пересел на неё, заплатив за нижнюю площадку пять копеек. Впереди показалось знакомое трёхэтажное здание университета, и Ардашев, сойдя с вагона, зашагал к нему. Здание храма науки поражало грандиозностью. Ранее здесь размещались двенадцать коллегий, учреждённых ещё при императоре Александре I, но после их упразднения сюда переехали присутственные места, а во время правления Николая I для них нашли другое место, отдав строения университету. В настоящее время он имел четыре факультета: историко-филологический, физико-математический, юридический и восточных языков. В этом, 1891 году его посещали четыре тысячи студентов. Меньше всего учащихся было на факультете, где учился Ардашев (восточных языков), – сто двенадцать. Сам факультет перевелииз Казани вместе с его богатейшей библиотекой. Университет славился вспомогательными учебными учреждениями. Особенный восторг вызывала библиотека, имевшая огромное количество томов и собраний со всевозможными коллекциями, а химическая лаборатория, располагавшаяся в отдельном здании, считалась одной из лучших в мире. Богом и царём в ней считался профессор и тайный советник[61]Менделеев. Его-то Ардашев и увидел, идя по сводчатому коридору. |