Онлайн книга «Венская партия»
|
Коляска тотчас поравнялась с пешеходом. — Виа Элизабетт, 8, — велел седок вознице. — Долго ехать? — Минут двадцать, — бодро пообещал автомедон, и фаэтон заколесил по городским улочкам. «Насчёт камеры хранения я не ошибся, — рассуждал про себя Ардашев. — Не зря нас учили на курсах: чтобы отыскать человека, поставь себя на его место и подумай, где лучше спрятаться. Там его и надо искать. Ну хорошо, допустим, Шидловский жив. Но почему тогда он только вчера забрал саквояж из камеры хранения? А кто убил Новака? Тоже он? Получается, что он убрал учителя, чтобы тот не передал мне чертежи гироскопа? Только надо понимать, что сами чертежи — ещё полдела. Старик так и не придумал, как заставить колесо гироскопа разгоняться до нужной скорости, чтобы оно было в состоянии управлять рулями торпеды. К тому же Шидловский, если бы захотел, мог бы отравить учителя медленнодействующим ядом перед своим отъездом в Фиуме. Зачем ему меня дожидаться? Вполне вероятно, что за мной уже следят. Хвост появился ещё в Вене. Правда, та слежка мне показалась весьма неумелой. Но в Триесте и Фиуме — всё спокойно. Тут либо шпик — профессионалист высокого уровня, либо убийство Новака никак не связано со мной. Пожалуй, последняя гипотеза похожа на правду, но верная она или нет, выяснится очень скоро… Представим, что надворный советник жив и ходит за мной по пятам. Сразу же возникает вполне логичный вопрос: зачем ему это нужно и для чего он приехал в Фиуме? Неужели чтобы своим исчезновением отвести от себя подозрение и спокойно придушить старого учителя и отставного капитана? А что, если Клосен-Смит лукавит и Аким Акимович получил такое задание, о котором я и не догадываюсь? Своим заплывом в никуда он обеспечил себе алиби, убрал двух австрийцев, а теперь залёг на дно с новыми документами и ждёт, когда всё утихнет, чтобы на каком-нибудь нашемторговом судне вернуться в Одессу, а потом и на Певческий Мост? А меня послали его разыскивать для отвода глаз, дабы придать правдоподобность исчезновению второго секретаря. Тогда господин статский советник — мастер интриги и обмана! Он водит за нос не только австрийцев, русского посла, консула в Триесте, инспектора Франца Ковача, но и меня». Ардашев достал фотографию исчезнувшего дипломата и ещё раз внимательно посмотрел на ничем не примечательную, а скорее даже отталкивающую внешность. «Нет, не похож этот очкарик на хладнокровного убийцу. А впрочем, как сказать! Маниаки[58]чаще всего напоминают интеллигентов — врачей или учителей. Оттого жертвы и доверяют им… А кто эти две совершенно разные дамы: баронесса Паулина фон Штайнер и Амелия Хирш? Обе из Вены. Первая уехала после получения какой-то телеграммы, пришедшей во вторник, то есть уже через два дня после исчезновения её недавнего спутника, а вторая и бровью не повела, когда рядом отдыхающий с ней мужчина не вернулся к кабинке. Более того, она забыла далеко не дешёвые заколку с бирюзой и зеркальце с крупной жемчужиной в собственной купальне и даже не вернулась за ними. Разве не странно? Опять один туман и никакой ясности. Не зря покойный Ферапонт называл меня слепым поводырём[59]. Ах, дружище, почему ты тогда меня не послушал?..» Экипаж остановился, и Ардашев увидел перед собой вывеску: «Фотосалон». Отдав семьдесят крейцеров, он спрыгнул с коляски и направился к входной двери. |