Книга Безмолвные лица, страница 62 – Дмитрий Ковальски

Тот, чуть дрожа, шагнул вперед, оказываясь в круге света, который разливался от лампы, что держал Виг. Тусклый свет едва прорезал густую тьму чердака, заставляя тени отступать.

– Это тот самый чердак? – раздался за спиной тихий, но напряженный голос Ларса.

– Он самый, – неуверенно ответил Харальд, чувствуя, как в груди нарастает неприятное волнение.

– Замечательно, – раздался с легкой насмешкой голос Вига.

Харальд, стоя спиной к остальным, не заметил, как юноша тихо вышел из комнаты. Внезапно дверь с силой захлопнулась, приглушив последний отблеск света. Звук скрипящего дверного засова эхом пронесся по пустому чердаку, и на его смену пришел дружный ехидный смех по ту сторону двери.

Харальд замер, осознав, что остался один в кромешной тьме. Его сердце гулко забилось в груди, и паника захлестнула волной. Он бросился к двери и стал отчаянно бить по ней кулаками.

– Вы что, издеваетесь? Откройте! – кричал он, но в ответ лишь доносился смех.

– Ты проверь сперва, есть там призраки или нет! – выкрикнул Виг и разразился смехом.

– Да-да, потом нам расскажешь, если тебя не похитят к тому времени, – добавил Ларс и загоготал еще сильнее.

Харальд стучал, пока руки не сковала тупая боль. С той стороны голоса детей отдалялись. Ларс хвалил Вига за его сообразительность и умение ловко хитрить. Виг, не скрывая гордости, принимал хвалебные оды. Прислонившись спиной к двери, Харальд посмотрел на чердак, ставший для него тюрьмой. Наконец голоса стихли, растворив в тишине последние надежды на спасение. Тихо плача, Харальд сполз на пол.

Наверное, Эрик чувствовал себя точно так же, когда оказался здесь один. Почему же он не послушал товарища и не составил ему компанию? Вина жгла изнутри. Ведь если бы они пошли вдвоем, то ничего бы не случилось. Эрик не пропал, а Харальд не оказался в такой ситуации.

Понемногу глаза привыкли к темноте. Смутные силуэты обрели очертания. Его окружала старая мебель, сваленная в огромные кучи. Если придется, он может спрятаться в одном из шкафов и дождаться утра. Все же знают, что по утрам призраки исчезают.

Мысль немного приободрила Харальда, и, осмелев, он осторожно двинулся вперед, осматриваясь в полумраке. Старая мебель, сваленная в кучи, больше не казалась такой угрожающей, а тишина на чердаке была наполнена лишь его собственным дыханием и редким скрипом досок под ногами. Он нащупал рядом стоящий шкаф с выломанной дверцей и мельком представил себя, спрятавшегося внутри, если случится что-то по-настоящему жуткое.

Но ничего не происходило. Комната казалась покинутой, и лишь его присутствие возвращало ее к жизни. Харальд почувствовал, что чердак уже не столь страшен, как был несколько минут назад. Его шаги становились увереннее, и вот уже он подходил к старому комоду, покрытому толстым слоем пыли.

Но затем что-то мелькнуло впереди. Харальд замер. На мгновение ему показалось, что у дальней стены что-то двинулось, как будто тени начали жить своей жизнью.

Но то была портьера, которая колыхалась от порыва ветра, что проникал в комнату сквозь пыльное окно. Отодвинув ее, Харальд впустил блеклый лунный свет, окрасивший пространство в серый цвет с голубым отливом.

Незапертое окно подарило ему новый шанс. Харальд высунул голову и заметил небольшой карниз, по которому мог перейти на крышу. Оттуда по каменным выступам он бы легко спустился на землю и вернулся в комнату. Или спрятался где-то в другом месте и проучил бы детей. До того как проснется Грета, они будут вынуждены отпустить его. Вот же они удивятся и испугаются, когда не найдут Харальда!