Книга Последнее фото, страница 89 – Дмитрий Ковальски

— Николай! — раздался над головой голос Насти.

Николас посмотрел вверх и в этот же момент понял свою ошибку. В свете пламени было видно, что потолок усеян темными отверстиями, сделанными из металлических трубок, сквозь которые и распространялся звук. Мошенники, выдававшие себя за призраков, говорили этажом выше. А значит, и Настя сейчас была там.

Отдышавшись, насколько это возможно, у окна Николас вернулся в квартиру. Времени не оставалось, огонь легко покорил деревянные полы, двери и мебель, особенно в тех местах, где намеренно пролили масло.

Но на второй этаж пожар не добрался, а значит, шанс все еще был.

В проявочной комнате, за шторкой, которую поедал огонь, оказалась железная лестница, а над нею незапертый люк. Хоть какая-то удача. Вот только правая рука с той стороны тела, где треснула ключица, отказывалась подниматься выше плеча. Так что, придерживаясь правой и подтягиваясь левой, Николас забрался на второй, точно такой же этаж квартиры. Только менее угрюмый, но пропитанный дымом огня. Видимо, здесь и жили все подельники Мастера.

Пройдя также через общий зал, Николас попал в комнату, которая была над кабинетом Мастера. Сквозь отверстия в полу прорывались редкие языки пламени. Словно вся эта квартира находилась над адским пеклом.

— Ого-о-онь приде-е-ет с-с-сюда, — прошептал призрак. Его слова обратились в свинец, который заполнил легкие, отчего свело дыхание. И если на первом этаже писатель мог сгореть, то на втором — задохнуться.

— На… кхм… стя, — сквозь кашель прохрипел Николас и, шатаясь, вошел в комнату над покоями.

Девушка сидела без сознания, привязанная к стулу. Деревянными пальцами он с трудом развязал узел и размотал веревку. Следом закинул руку девушки на плечо и попробовал поднять ее. Из-за нагрузки что-то снова хрустнуло в плече, и рука онемела полностью. Но Николас успел перехватить тело девушки, прежде чем та упала.

— Не успе-е-е-ел,— прошептал голос.

— Замолчи, — твердо ответил Николас. — Дождись, Настя, скоро выйдем на воздух.

Оставалось вернуться через люк на первый этаж и оттуда к черному входу. Если огонь не успел добраться до проявочной комнаты, значит, они спаслись. А что до руки, то плевать. И с одной он спустит девушку по лестнице.

Николас, едва держась на ногах и вообще не дыша, вошел в комнату над кабинетом Мастера. Огонь, проникнув сквозь металлические трубки, уже поедал деревянные доски пола второго этажа. Писатель сделал шаг, и пол с предупреждением заскрипел. Видимо, в комнате под ним пожар во всю уже разрушал потолок.

Осторожно, тщательно выбирая, куда ступать, Николас преодолел половину комнаты. Голова кружилась. С каждой минутой Настя становилась все тяжелее. А ноги путались. Так что неудивительно, что, не дойдя двух шагов, Николас оступился и ногой угодил в развалившееся отверстие. Следом он упал и уронил на себя Настю.

От такого удара пол проломился, и они рухнули на первый этаж. Николас приземлился на сломанное плечо и вскрикнул от боли. Настя свалилась сверху и затылком разбила писателю губу.

— Прощ-ща-а-ай. — Тень возникла над писателем, когда из него с кровью утекало сознание. — Ты не спас девушку в прошлом, не спас и сейчас…

— Неправда.

Сквозь боль, к которой Николас за все эти ночи привык, он встал, придерживая за талию Настю. Ее руки он закинул себе на плечи. Огонь сквозь разорванную ткань обжигал ноги, руки, спину. Но писатель этого не чувствовал, он думал лишь об одном: чтобы пламя пощадило девушку.