Онлайн книга «Сибирский беглец»
|
Отношения с едой складывались напряженные. Раньше я готовила, кормила мужа, ему нравилось, а сейчас для кого? Побиралась в «Макдональдс», прочих пунктах быстро питания – накупала бургеров, наггетсов, жареной картошки, раскладывала все это по полкам холодильника, иногда жевала. Испортить мою фигуру уже не могли никакие бургеры – вес стремительно терялся. Я покормила Чакки, через силу покормила себя, отправилась в гараж. Последний примыкал к жилым помещениям, имел два выхода и один выезд. В просторном помещении коротал дни элегантный седан «Шевроле», на котором совершал поездки мой муж. Избавиться от машины не хватало духа, использовать по назначению я боялась. Несколько раз садилась за руль, испытывала суеверный страх и вылезала обратно. Каталась на своей коротышке. «Шевроле» был цел и на ходу. На стеллажах до сих пор валялись какие-то детали, громоздились покрышки, канистры. Люк в подвал находился в задней части помещения. Крышка не скрипела, смазывать петли я научилась. Спустилась по лестнице, щелкнула выключателем. Озарилось просторное помещение. Хлам здесь не хранили – выбрасывали. Пара верстаков, тиски, старый комод, ящики с инструментами. Стол с наполовину разобранным магнитофоном, пара стульев, вполне удобное, хотя и старенькое кресло. Денис любил проводить здесь время, возился с какими-то приборами, что-то паял, лудил, вытачивал, просто любил сидеть в кресле и читать. Когда мы ссорились, он находил здесь прибежище, дулся, спал на старенькой тахте. Имелся даже телевизор – древний, громоздкий. Но основное назначение подвала заключалось не в этом… Я извлекла со дна старинного сундука завернутую в простыню радиостанцию, перетащила на стол, развернула. Вспыхнула настольная лампа. Загорелись, зарябили огни на приборной панели. Аккумуляторы были практически новые. Да и сама аппаратура – продвинутая. Сигнал уходил на спутниковый ретранслятор, затем возвращался в Вашингтон, или, скажем, путешествовал в Москву – зависело от поставленной задачи. Сообщения шифровались, но я эти ребусы щелкала, как семечки. Я подсоединила наушники к радиостанции, прислушалась, прежде чем надеть. Крышка люка осталась открытой. Где-то далеко скулил Чакки, скребся под гаражной дверью, искренне недоумевая, почему его не пускают. В остальном все было спокойно, входную дверь я заперла. Сообщение ушло по закрытой волне для сотрудника посольства с позывным «Казбек». Использовалась азбука Морзе – долго, но проверенно и надежно. Личные встречи агентов не поощрялись, тем более если один из них – сотрудник посольства. За последними следило ФБР, вся их жизнь вне стен посольства была как на ладони. Приходилось изворачиваться, привлекать «внештатных» агентов. Послание ушло в эфир. Новая встреча с агентом Гюрзой (читай – Бельфортом) состоялась. Материалы «судьбоносного» совещания в минфине находятся на микропленках, которые через день появятся в камере хранения железнодорожного вокзала в Хемсвилле. Просьба забрать и передать по назначению. Агент просит прибавки к гонорару, но готов работать и без нее. Просьба рассмотреть целесообразность дальнейшего привлечения Гюрзы к работе. После чего следовали мои пояснения и комментарии: ненадежен, нервозен, пуглив, возможно, принимает наркотики, склонен к азартным играм и постоянно проигрывает. Работать с таким персонажем, что сидеть на пороховой бочке – когда-нибудь точно рванет. |