Книга Ловкая страсть, страница 26 – Валерий Шарапов

— Серьезно? Ты мне никогда об этом не рассказывала.

— Я давала подписку о неразглашении. А теперь тебе можно рассказать — ты агент. Так вот, я была ранена в перестрелке. Если бы не генерал, меня бы добили.

— Ух ты! Не фига себе замес.

— А ты говоришь, вопрос от матери.

— Ну хорошо, отвечу. Сам секс меня, разумеется, не пугает. Особенно если мужчина симпатичный и не сильно старый. Но все это как-то больше напоминает проституцию, а не разведку. Типа переспала — получи свой гонорар.

— Ну да, для обывателя это так и выглядит. Но мы никому ничего расскажем, попросту не имеем на это право. А «наши» всё прекрасно понимают.

— «Наши» — да, а я — нет, не понимаю. Боюсь, что мои тараканы в голове пересилят служебную необходимость.

— Тогда ты зря согласилась на эту работу. Поверь мне, обязательно возникнет такая ситуация, когда придется выбирать.

— Но ведь мне никто не может приказать переспать с кем-то?

— Представляешь, генерал вызывает тебя в кабинет и под козырек приказывает совершить половой акт с объектом — гражданином Французской Республики.

— Мама, ну перестань, серьезный же вопрос.

— Твоя служба связана с необходимостью принимать самостоятельные решения. Приказывать тебе сделать это никто не будет. Ты сама должна будешь принять такое решение. Только тот, кто смог так сделать, стал настоящим агентом.

— Таким, как ты.

— Да. Таким, как я. Не примешь правильное решение — провал. А за провалом всегда стоят чьи-то жизни или свобода.

— Ну, хорошо, а если объект что-нибудь мне подарит, драгоценность какую-нибудь, я должна буду это сдать в канцелярию под расписку?

— В советское время сдала бы как миленькая. Ну, а ныне все гораздо проще. Все подаренное можешь считать трофеями. Кстати о подарках…

Вита достала из кармана цепочку с медальончиком в виде луны, с рельефом.

— Это тебе. Подарок от фирмы. И старайся никогда его не снимать.

— А в ванной?

— Не задавай глупых вопросов. Налью-ка я себе еще чайку.

Вита пошла к плите. Даша надела на шее цепочку с кулоном, потом взяла банку и принялась есть вишневое варенье.

На следующий день Моришаль общался с бухгалтером предприятия, потом с финансовым директором, Даша все это время была рядом и переводила. Андрэ старался не отвлекаться, но время от времени посматривал с легкой улыбкой на Дашу. Она делала вид, что смущается его взгляда. В девять вечера Моришаль спрятал документы в портфель и объявил, что рабочий день закончен.

Даша с французом вышли из здания. Микроавтобус стоял неподалеку на стоянке.

— Андрэ, во сколько заехать завтра? — на ходу спросила Даша.

Моришаль остановился и повернулся к девушке.

— Даша, ты устала?

— Есть немного. Но ужинать я точно не хочу. Мы же обедали в пять.

— Ужинать я тоже не хочу. Я хочу немного прогуляться. Я ни разу не гулял по ночному Петербургу. Представляешь?.. Даша, ты же мне составишь компанию?

— Ну, хорошо. Поехали в центр.

Даша и Андрэ шли по набережной. Они мило беседовали. Несмотря на поздний час, было еще светло — белые ночи пока еще никто не отменял. Навстречу им шел народ, в основном парочки, которые обнимались и целовались на ходу. По Неве проплывало огромное количество катеров и прогулочных корабликов. Люди на реке веселились и махали руками гуляющим по набережной. В руках Даша держала довольно большой букет роз, который Андрэ купил пять минут назад в круглосуточном цветочном киоске. Они повернули на набережную Фонтанки. Через несколько минут они сидели в кафе и пили чай с вареньем — Даша призналась, что кофе не пьет, а варенье обожает, особенно вишневое. Потом они не торопясь пошли в сторону дома Даши и минут через двадцать повернули на Гороховую. Девушка указала рукой на красивый дом позапрошлого века.