Книга Тропа изменника, страница 68 – Валерий Шарапов

До следующего поезда оставалось три с половиной часа. В Париж он прибывал практически ночью. В расстроенных чувствах мялись у входа в вокзал, решали, что делать. Неподалеку веселились таксисты. Подошел один из водителей — худощавый, еще молодой, с вьющимися волосами. Какое-то время прислушивался к беседе, затем вмешался. Он неплохо понимал английскую речь и даже умел ее воспроизводить.

— Прошу прощения, мадам и месье, вы не успели на поезд до Парижа?

— Можете отвезти нас в Париж, уважаемый? — насторожился Андрей.

— О нет, решительно нет, — закачал головой водитель незамысловатого «Пежо» с шашечками. — Это далеко, мы на такие расстояния не возим. И никто с этой площади вас в Париж не повезет — пусть вы и предложите целое состояние. Есть другое предложение, мадам и месье: вы расстаетесь с небольшой суммой франков и успеваете на поезд, который только ушел. И даже будет время приобрести билет. Свободных мест в этих поездах хватает, уверяю вас.

— Каким это образом, месье? — удивился Кравцов.

— Очень просто, дружище. — Таксист дружелюбно улыбался. — Первая остановка этого поезда будет на станции Булонь-сюр-Мер. Там поезд простоит пять минут. Дальше до Парижа почти без остановок. Мы его просто обгоним, здесь отличная дорога. Или ждите, но следующий поезд будет очень не скоро. Зато у вас появится замечательная возможность полюбоваться ночным Парижем.

— А «небольшая сумма франков» — это, по-вашему, сколько? — поинтересовался Андрей.

Водитель, продолжая улыбаться, озвучил сумму, эквивалентную полумесячной зарплате майора 2-го Главного управления КГБ.

— Конечно, поедем, — заволновалась Элли. — Это вполне приемлемая сумма. Только один вопрос, месье: а вдруг вы не успеете довезти нас до поезда или, скажем, мы не успеем купить билет?

— О, все просто, мадам. В этом случае наш с вами договор аннулируется и вы можете не платить. Но учтите, — водитель выразительно посмотрел на башенные часы, — если мы с вами простоим тут еще минуту-другую, то можно никуда не ехать…

В словах любезного француза скрывался подвох. Но решили рискнуть, и это оказались увлекательные полчаса! Поначалу все было пристойно, водитель, представившийся Жаном-Луи, ехал быстро, но грубых нарушений не допускал. Улочки были узкие, извилистые. Он обгонял плетущийся транспорт по встречной полосе, лихо маневрировал, пролетел в нескольких сантиметрах от бодро бегущего трамвая — хозяина местных дорог, которого все уважительно пропускали. Когда приходилось плестись и от него ничего не зависело, Жан-Луи проявлял ангельское терпение, молчал, ни разу не ругнулся — стоит ли себя растрачивать? И потерянное время он, в принципе, нагонял. Ближе к выезду из города перед глазами возникла прямая аллея, лишь частично заполненная транспортом. Жан-Луи отыгрался! Он гнал, как гонщик Формулы-1! Ловко маневрировал среди машин, практически не использовал педаль тормоза. Ругались водители встречного и попутного транспорта, грозили ему кулаком. Истошно выли тормоза, из окон грузового фургона неслась площадная брань на языке великих Гюго и Дюма. Этот парень был просто виртуоз! Он ухитрялся увертываться в последний момент, использовал каждое мгновение, чтоб провести его с пользой. Побелела Элли, вцепилась в спинку впереди стоящего сиденья. Жан-Луи наслаждался скоростью — любил он это дело. Видимо, здесь и заключался подвох. Он обогнал все машины на бульваре. Дорога плавно уходила вправо. Решительных причин для торможения не было. Однако Жан-Луи начал тормозить, зная, что ждет за поворотом. Теперь он ехал практически с разрешенной скоростью. За поворотом был стационарный пост дорожной полиции: застекленный колпак, пара характерно для полиции окрашенных машин. Такси протащилось мимо женщины-полицейского, она стояла у края тротуара и бдительно следила за соблюдением водителями скоростного режима. Неизвестно, как в Кале, но в Париже автолюбителям разрешалось разгоняться лишь до пятидесяти километров в час. И здесь женщины выдавливали мужчин из их исконных профессий. Личико у дамы в погонах было так себе, однако Жан-Луи послал ей воздушный поцелуй и улыбочку профессионального обольстителя. Передышка оказалась короткой, пост полиции закрыл габаритный грузовик, и Жан-Луи простодушно утопил педаль в пол. Такси помчалось, как ракета. Позеленела Элли, вцепилась в кресло. Губы что-то лихорадочно выводили, видимо, молитву. В последующие минуты Андрей тоже пару раз подумал о Боге.