Книга Тропа изменника, страница 22 – Валерий Шарапов

— Не понимаю, объясни, — нахмурился Андрей.

— Ты мужчина, не поймешь… — Она замялась. — В квартире на Хейли-стрит ничего нет, это, как ты выразился… запасной аэродром. Там пусто и грязно, это понятно? Все мои вещи, все, что нужно, — на Эвенсон-роуд… Я даже не пытаюсь это объяснить, все равно не получится. Личные вещи, кое-какая одежда…

— Можем купить.

— Не можем, — повысила голос Элли. — Вернее, можем, но это сопряжено с большими неудобствами. Магазины закрыты, круглосуточно работают лишь некоторые точки, по которым мы будем метаться до утра. А у нас даже нет машины… Как я поеду в таком нелепом виде в страну моей мечты? — У нее еще хватало сил иронично относиться к вещам.

— Хорошо, я понял, — кивнул Кравцов. — Идем к тебе домой, я буду заговаривать зубы агентам МИ-5, чтобы чего не подумали, а ты соберешь свое нижнее белье, фотографии родственников и прочие заколки и колечки… Или прикажешь вступить с ними в схватку и всех уложить?

— Но мы не уверены, что нас там ждут. — Элли смутилась, но настаивала. — Согласна, они там были, обыскали квартиру, некоторое время посидели в засаде. Но они же не идиоты, верно? Я знаю, что они там, значит, в квартиру точно не вернусь, потому что тоже не полная идиотка. Понимаешь, что я хочу сказать? Их может там не быть. Посидели и ушли, сняли засаду и наблюдение, потому что…

— Ты не идиотка, и они не идиоты, — закончил Кравцов. — Это я уже понял. И ресурсы, которые небезграничны, лучше использовать в другом месте. Маленький вопрос, Элли: у тебя все в порядке с головой? Это точно была ты — человек, передавший Советскому Союзу бездну ценной информации, — то есть по определению человек благоразумный и осторожный?

— Будь я такой, ты бы от меня ничего не дождался, — проворчала молодая женщина. — Раз на это пошла, значит, понимаю, что такое риск. Я не предлагаю действовать безрассудно, Эндрю. Но проверить-то мы можем? Риск разумный, пороть горячку не будем. Заметим посторонних — сразу уходим. А вдруг? Поверь, это важно. Боюсь, я вынуждена настаивать.

— А с тобой будет непросто, — уныло пробормотал Кравцов. — В роду, случайно, не было русских авантюристов?

У Элли не было в роду даже английских авантюристов — только серьезные люди. Девочка явно пошла не в родню. Такие если упираются — то всеми рогами и копытами. «Ты нас утопишь, Элли, я это уже чувствую, — уныло сообщил Кравцов. — Хорошо, на этот раз иду навстречу — в качестве жеста доброй воли, так сказать. Но дальше слушаешься беспрекословно, поперек не лезешь».

Они просидели в заведении почти до закрытия. Там было уютно, безопасно, а в меню даже нашелся успокаивающий чай с ромашкой. Только официантка начинала косо посматривать.

В районе Льюшем, куда привез таксист, еще блуждали одинокие личности, проезжали машины. У знакомого дома, где несколько часов назад происходили события, Кравцов увлек спутницу во двор. Она не возражала, в этом и состоял план. В заднем дворе было глухо, как в танке. Кроны деревьев закрывали небо, глушили звуки с улицы. Иногда пробегали прохожие — спешили домой. Часы показывали без нескольких минут полночь. Фонари на заднем дворе отсутствовали. Андрей посадил Элли на лавочку под кленом, взял с нее слово, что она будет сидеть и не шевелиться. Вернулся на Эвенсон-роуд, пересек дорогу и несколько минут стоял в проеме зданий, наблюдая за 43-м домом. Горели фонари, разбрызгивали неяркий свет. У Элли было темно, шторы не колыхались. В сквере у фасада здания никого не было. Неужели в витиеватых умозаключениях имелось рациональное зерно? Он выжидал, всматривался, но ничего не замечал. Мимо прошла парочка, похоже накуренная — смеялась без причины. Парень споткнулся о выбоину — и оба залились так, словно им палец показали. Из универсала, припаркованного напротив дома, выбрался рослый нескладный мужчина, постоял, повертел головой, ушел направо и вскоре исчез в слепой зоне. Для сотрудника спецслужбы — слишком заметный. Кравцов выбрался из тени, сместился влево и перешел дорогу. В глуши двора было как на другой планете. Из-под клена поблескивали глаза.