Книга Загадка трех убийств, страница 32 – Валерий Шарапов

На минуту Ольга задумалась, затем глубоко вздохнула и начала рассказ. По словам сестры, Головин был человеком самостоятельным и успешным: прораб на государственных стройках, обладатель квартиры в центре Ярославля, новенького автомобиля – «шестерки» и загородного дома на Волге. С семьей у него не сложилось, из близких – только сестра. Полгода назад у него случился инфаркт на работе, и после двух операций на открытом сердце врач настоятельно рекомендовал сменить обстановку, пройти курс реабилитации. По профсоюзной путевке Семен отправился в санаторий «Колос» под Костромой, ведущую кардиологическую здравницу региона, где проходили восстановление после инфарктов и операций на сердце.

Ольга рассказала, что брат звонил ей из санатория, был в хорошем настроении, собирался возвращаться домой, но так и не вернулся. Прождав три дня, Ольга начала его поиски. Она позвонила в санаторий «Колос», там ей сказали, что отдыхающий Головин выехал. Тогда она обзвонила все больницы Костромы, но брата и там не было. Ольга решилась на крайние меры и позвонила в костромскую милицию. Увы, в милиции ей тоже не помогли. Поняв, что звонками вопрос не решить, она отправилась в отделение милиции по месту жительства брата. В родном городе ей отказали в принятии заявления, заявив, что брат просто ушел в загул, и посоветовали подождать. Но Ольга не могла ждать: она знала, что Семен никогда не исчез бы без предупреждения, и тогда она сама приехала в Кострому, чтобы искать брата. В центральном морге она оказалась не случайно. В одном из отделений милиции, чьи пороги Ольга обивала двое суток, она услышала о неизвестном, найденном в парке у вокзала. Дежурный разговаривал с кем-то по телефону, а Ольга подслушала. После многократных отказов женщина больше не надеялась на сочувствие и понимание, поэтому уточнять ничего не стала, а собралась и отправилась в крестовый поход по моргам Костромы.

– Когда вы в последний раз разговаривали с братом? – выслушав рассказ Ольги, задал вопрос Равчеев.

– Четвертого марта, около пяти вечера. Он звонил из санатория, сказал, что курс лечения закончен и он собирается вернуться в Ярославль на следующий день. Был в хорошем настроении, говорил, что чувствует себя намного лучше. – Ольга прерывисто вздохнула. – Обещал приехать ко мне к обеду. Понимаете, мы живем отдельно, но встречаемся довольно часто. У него с семьей не сложилось, я тоже потеряла мужа пять лет назад. У нас больше никого нет, кроме друг друга. Не было…

Опасаясь, как бы у Ольги вновь не случилась истерика, Равчеев поспешил перевести разговор на более нейтральную тему:

– Он упоминал о каких-то новых знакомствах в санатории? Может, о людях, с которыми у него возникли трения?

– Трения? Нет, ничего такого и быть не могло. Семен очень общительный, а на отдыхе еще и щедрый. Не думаю, что кто-то из проживающих в санатории мог заиметь на него зуб.

– Скажите, Ольга Михайловна, – продолжил Равчеев, – ваш брат говорил, что планирует делать вечером перед отъездом? Может, собирался встретиться с кем-то?

– Нет… Хотя, – она нахмурилась, вспоминая, – он мельком упомянул, что хочет зайти в центральную аптеку за какими-то лекарствами. Врач дал ему рецепт, и он собирался купить препараты перед отъездом. И еще что-то про вокзал говорил, но я не придала значения.