Книга Красная Москва, страница 64 – Валерий Шарапов

— Да. Хорошо, — кивнул Левин, склоняя голову над листом и обмакивая ручку в чернила. — Я всех помню. Всех запишу. Только Варю, пожалуйста, не трогай…

Спустя несколько минут Левин откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

— Все, — произнес он. — Двенадцать человек. Под Кременчугом… Зимой сорок третьего… Все двенадцать ребятишек там остались…

Никитин вызвал охрану. Левина увели.

Никитин остался один в кабинете. Голова все еще болела, а в душе была пустота. Он взял лист, исписанный мелкими дрожащими буквами. Двенадцать фамилий в столбик. Бесславно погибшие парни. Наверняка ни могил, ни табличек. Вот только эта бумажка…

Никитин скомкал список и швырнул в урну.

Ничего он не добился, ничего полезного не узнал. Левин оказался крепким орешком. Так с кондачка его не возьмешь. А Никитин просто мстил этому немолодомумужику с мутной историей за то, что тот увел у него бабу. Вот так все просто получается.

Никитин проснулся от громких ударов в дверь. В голове стоял шум — вчерашняя водка и почти бессонная ночь давали о себе знать. Он посмотрел на часы — половина третьего ночи.

Удары не прекращались. Кто-то неистово колотил по двери, не обращая внимания на то, что может разбудить всю коммуналку.

— Кто там? — хрипло спросил Никитин, выходя в коридор в одних кальсонах.

— Аркадий, это я! Открой, пожалуйста!

Варя. Он узнал ее голос, хотя он звучал надрывно, почти истерично.

Никитин отодвинул засов, открыл дверь. Варя стояла на пороге с перекошенным от горя лицом, без шапки, волосы растрепались. Пальто наспех накинуто на плечи, туфли на босу ногу.

Едва увидев его, она рухнула к его ногам:

— Отпусти Левина! Умоляю тебя, отпусти!

— Варя, что ты делаешь? — Никитин попытался поднять ее, но она цеплялась за его ноги.

— Он ни в чем не виноват! Ты ошибаешься! Отпусти его!

— Заходи в комнату, — сердито сказал Никитин. — Сейчас вся коммуналка проснется.

Он втащил ее в свою каморку, закрыл дверь. Варя упала на единственный стул, закрыла лицо руками и заплакала.

— Успокойся, — сказал Никитин, натягивая рубашку. — И объясни, что происходит.

— Ты арестовал Семена Марковича, — всхлипывала она. — За что? Он же ни в чем не виноват!

— Левин подозревается в серии тяжких преступлений, — холодно ответил Никитин.

— Нет! — вскрикнула Варя. — Это невозможно! Он святой человек!

— Ты так говоришь, потому что ты его любовница, — бросил Никитин с горечью.

— Нет! — Варя вскочила со стула. — Это глупость, что ты сейчас сказал! Между нами нет ничего такого!

— Не ври мне! Я видел, как вы обнимались в библиотеке!

— Ты видел? — Варя остановилась как вкопанная. — Ты следил за мной?

— Я следил за преступником. А то, что ты оказалась с ним рядом…

— Аркадий, я не могу сказать тебе всей правды. — Варя прижала руки к груди. — Пока не могу. Но клянусь тебе — между нами нет ничего такого! Я люблю только тебя!

— Я тебе не верю.

— Но это правда!

— Значит, объясни мне, что происходит! Кто такой Левин для тебя? Почему ты защищаешь его?

Варя молчала, борясь с собой.

— Не могу, — прошептала она. — Не сейчас.

— Тогда разговаривать не о чем, — отвернулся Никитин.

— Аркадий! — Варя кинулась к нему. —Ну как ты не понимаешь! Если бы я могла сказать — я бы сказала! Но я дала обещание…

— Кому? Ему?

— Не ему. Другому человеку.

— Какому другому человеку?