Книга Красная Москва, страница 10 – Валерий Шарапов

— Хорошо, — сказал он. — Попробую выкроить время.

— Правда? — Варвара просияла. — Это замечательно! Дети будут в восторге.

— Только не обещайте им слишком много. Я не очень хорошо умею говорить с детьми.

— Ничего, они сами наговорят. Главное — отвечать на вопросы.

Никитин посмотрел на часы. Половина десятого — поздно для девушки быть на улице одной.

— Варвара Валерьевна, позвольте проводить вас домой. Поздно уже.

— Спасибо, но не стоит вас беспокоить. Покровка недалеко.

— Все равно провожу. После всего, что происходит в городе, девушкам опасно ходить одним по вечерам.

Варвара не стала спорить. Никитин надел пальто, взял трость и фуражку. Они вышли из здания отделения в морозную мартовскую ночь.

На улице было тихо и пустынно. Редкие прохожие спешили по своим делам, не задерживаясь. Фонари бросали желтые круги света на заснеженные тротуары. Никитин шел медленно, опираясь на трость, Варвара подстраивалась под его шаг.

— Аркадий Петрович, — сказала она после долгого молчания, — а вы женаты?

— Нет, — коротко ответил он.

— Совсем не женились или…

— Была невеста. Погибла в сорок втором, во время эвакуации. Поезд разбомбили.

— Простите, не хотела расстраивать.

— Ничего. Давно уже.

Они шли по Мясницкой, мимо темных витрин магазинов и закрытых кафе. Где-то вдали слышался стук колес трамвая.

— А вы? — спросил Никитин. — Замужем не были?

— Нет. Откуда жених? Все женихи погибли.

— Понятно.

— Мне кажется, наше поколение вообще не очень везучее в личном плане, — задумчиво сказала Варвара. — Война всех разбросала, многих забрала. Кто выжил, тот часто не может найти свое место.

— Возможно.

— Вот и я работаю с детьми, читаю им книжки, устраиваю встречи. Как будто пытаюсь дать им то, чего не было у нас, — спокойное детство.

Никитин посмотрел на нее. В свете фонаря лицо Варвары казалось очень молодым, почти детским. Но глаза были взрослыми, с той особой печалью, которая была у многих их поколения.

— Благородное дело, — сказал он.

— А вы? Почему выбрали работу следователя?

— Случайно. После госпиталя предложили — сказали, что нужны люди с жизненным опытом. Попробовал— понравилось.

— Что именно понравилось?

— Возможность докопаться до истины. Поставить точку в запутанной истории.

Они дошли до дома номер семнадцать на Покровке. Старый особняк с облупившейся штукатуркой и темными окнами.

— Вот я и дома, — сказала Варвара. — Спасибо, что проводили.

— Не за что.

Она достала ключи, но не спешила открывать дверь.

— Аркадий Петрович, — сказала она неожиданно, — а не хотите подняться попить чаю? Согреться? На улице холодно, а идти вам далеко.

Никитин колебался. С одной стороны, поздно уже. С другой — в его пустом кабинете ждала только холодная постель и мрачные мысли об убийствах.

— Если не затруднит, — сказал он.

— Конечно, не затруднит. Наоборот, приятно будет с кем-то поговорить.

Они поднялись на второй этаж. Варвара открыла дверь в небольшую, но уютную комнату. Никитин огляделся — книжные полки до потолка, письменный стол у окна, диван с пледом, маленький столик с самоваром.

— Присаживайтесь, — сказала Варвара, снимая пальто. — Я сейчас чай поставлю.

Никитин сел на диван, положив трость рядом. Комната была теплой и уютной — полная противоположность его казенному кабинету. Пахло книгами и какими-то женскими духами.