Книга Пока мы были не с вами, страница 156 – Лиза Уингейт

«Я взрослый человек,— рационализирую я свои действия, делая разворот и направляясь к кварталу бабушки Джуди.— Мне не нужно чувствовать себя сбежавшим из дома подростком только из-за того, что я собираюсь пообедать с... другом. Должна же у меня быть какая-то своя жизнь, правда?»

Я немного отвлекаюсь на спор с самой собой, и мысли огибают углы вместе с автомобилем. Наверное, меня испортил Мэриленд, где я жила сама по себе и работала на должности, которая была моей и только моей, не привязанной к команде поддержки, к офисам в Вашингтоне и в родном штате, к избирателям, спонсорам и всему политическому сообществу.

Вероятно, я просто никогда не понимала, насколько хлопотное занятие — быть Стаффордом, особенно на родной земле. Наша коллективная идентичность настолько подавляющая, что в ней не остается места для индивидуальности.

Когда-то мне это даже нравилось... ведь нравилось же, правда? Я наслаждалась привилегиями, которыми обладала вместе с фамилией. Куда бы я ни направлялась, ступать мне приходилось по ковровой дорожке.

Но сейчас мне больше по душе карабкаться на вершины самостоятельно, не рассчитывая на чью-то поддержку.

Может, я просто переросла ту жизнь?

Мысль разделяет меня надвое, оставляя по половинке личности в каждой стороне. Я дочь своего отца, или я — это просто я? Нужно ли мне приносить в жертву одну ипостась ради другой?

«Это, наверное, просто... реакция на сильный стресс».

Остановившись на знаке «стоп», я смотрю на улицу,где раньше жила бабушка, на выбоину на дороге, где детьми мы после дождя шлепали по луже, на аккуратно подстриженную живую изгородь и почтовый ящик с железным конем на верхней крышке.

На подъездной дорожке бабушкиного дома стоит такси. В небольшом городке вроде Айкена это не совсем обычное явление.

Я притормаживаю на перекрестке и пару секунд смотрю на такси. Оно не сдает назад и не выезжает с дорожки. Может, водитель не знает, что там больше никто не живет? Или ошибся адресом?

Я сворачиваю на бабушкину улицу, предполагая, что он сейчас уедет, но машина остается на месте. Водитель, похоже... спит? По крайней мере, он не реагирует на шум мотора моего автомобиля. Я проезжаю вдоль дома, останавливаюсь, выхожу из машины и заглядываю в окно такси.

Водитель на вид совершеннейший подросток, но, видимо, впечатление обманчиво: лицензию на коммерческие перевозки выдают только совершеннолетним. Пассажиров в машине нет, да и возле дома никого не видно. У меня закрадывается подозрение, что все это как-то связано с разоблачительными статьями в прессе. Может, неподалеку шныряет репортер, решивший показать, как живет привилегированная часть населения? Но зачем ему приезжать на такси?

Я стучу в полуоткрытое окно — и водитель подпрыгивает от неожиданности. Приоткрыв рот от удивления, он пытается сфокусировать на мне взгляд.

— Ох... похоже, что я заснул,— извиняется водитель.— Простите, мэм.

— Думаю, вы ошиблись адресом,— говорю ему я.

Он оглядывается по сторонам и зевает, а его густые

темные ресницы трепещут на ярком предполуденном солнце.

— Нет... нет, мэм. Машина заказана на десять тридцать.

Я проверяю время на часах.

— Вы провели здесь почти полчаса... и просто стояли на подъездной дорожке? — кто мог вызвать такси к дому бабушки? — Скорее всего, вам дали неверный адрес.