Книга Тропой забытых душ, страница 46 – Лиза Уингейт

Мы подходим к дому. Особого впечатления он не производит, но все же выглядит достаточно добротным, а животные – упитанными и ухоженными. Есть курятник, пятнистая дойная корова, огород и несколько акров полей, на которых уже всходит будущий урожай.

Сироты прячутся в кустах и приседают на корточки.

– Ты знаешь этих людей? – спрашиваю я Тулу.

Приложив палец к губам, она просит меня помолчать.

Мне это не нравится, и я начинаю думать, не собираемся ли мы здесь что‑нибудь украсть.

Я тянусь к Нессе, потому что мне не нужны такие проблемы, но Тула хватает меня за руку и указывает сквозь ветки на женщину, выходящую из-за дома, чтобы выплеснуть корыто. Она высокая, светловолосая, одета скромно, но вполне прилично: в синюю хлопчатобумажную юбку, коричневую блузу и ботинки на пуговицах. Шляпка висит на шее на завязках. Она не молода, но и не стара.

Тула заворачивается в одеяло, накидывает его край на голову и беззвучно, словно тень, проскальзывает во двор дома. Оказавшись на ступеньках, разворачивает сверток с нашей добычей и выкладывает ее, чтобы женщина увидела. Та уносит все это в дом, а Тула прячется в траве. Спустя несколько минут женщина выходит на крыльцо со свертком, передает его девочке и прогоняет ее. А потом озирается, словно опасаясь, что ее могли заметить.

Как только Тула возвращается в наше укрытие, становится ясно, что она совершила выгодную сделку. У нас – три сваренных вкрутую куриных яйца, немного сыра и пара ломтей хлеба. Немало за птичьи яички, несколько пригоршней ежевики и зелени одуванчиков.

Женщина стоит возле дома и, прикрыв глаза от солнца ладонью, смотрит в сторону нашего убежища.

Из-за резкого изменения погоды вечернего солнца на пути в Талиайну мне не видать. Молочно-белые облака окутывают возвышенности, и дорогу видно всего на несколько метров вперед. Заросли кизила, багряника, сумаха, лещины и сассафраса скрываются из виду вместе с дорожными знаками, предупреждающими о крутых уклонах и поворотах. В долинах мне удается пробиться сквозь завесу. Заросшие лесом низины, прозрачные ручейки и яркие пятна весенних цветов возникают передо мной, словно лесные феи.

Радио в драндулете замолкает, и кажется, будто я покидаю этот мир, потом возвращаюсь, и снова исчезаю в облаках. Ощущение могло бы быть умиротворяющим, но у меня не идет из головы брошенный «форд». Лицо на фотографии, заткнутой под козырек, мне знакомо, потому что эта самая девочка, Сидни, болтала со мной на площадке «Эмералд-Виста» в прошлую пятницу. На фотографии она стоит рядом со спортивного вида подростком в камуфляжных штанах и футболке. Он рыжеволос, и я предполагаю, что это и есть ее брат, о котором она говорила. «Брата моего там не видели? Он не зашел за мной к Бабушке Уомблс, когда обещал…»

Брейден. Лет шестнадцать или семнадцать. Теперь затерялся в этом мире. Отца нет. Плохая мать. У бабушки медицинские проблемы, и она больше не может о нем заботиться. Младшая сестра угодила в приемную семью. Машина зарегистрирована на компанию, принадлежащую Сороке Блэквелл. Об угоне не сообщали.