Книга Тропой забытых душ, страница 167 – Лиза Уингейт

Я пытаюсь краем глаза оценить расстояние между Теско и стеной. «Возможно, удастся проскочить мимо него».

– Тут ты мне и пригодишься. Поговоришь с этой женщиной. Скажешь, что вы – всего лишь пара беглянок и я приехал забрать вас обеих. – Теско подходит еще на шаг ближе; я жду свой шанс. – Когда все закончится, мы заедем в тюрьму Талиайны и заберем того тощего вьючного пони, которого ты увела из моей конюшни. Я несколько месяцев как заставил старика Годи развесить объявления об украденном пегом мерине. Пора вернуть негодника домой.

– Этот пони – мой!

Мое сердце вот-вот выскочит из груди. «Дьюи, Финнис и Фергюс попались вместе со Скиди? Что с ними будет? Что они рассказали?»

– Ты ведь знаешь, как поступают с конокрадами, верно, Олли? Потому что эти недоросли скоро узнают.

– Я отдала им пони в аренду. Двадцать пять центов за весь день. – Проглотив ком в горле, я задираю подбородок. – Лучше будет остановиться у тюрьмы и рассказать об этом помощнику шерифа. Потом поедем к той женщине за Нессой.

Понурив голову, я направляюсь к двери.

– Хорошая девочка. – Рука Теско проскальзывает под ремнями рюкзака, и его длинные пальцы снова охватывают мою шею; мышцы напряжены так, словно им хочется сдавить еще сильнее. – Но ты ведь должна понимать, что играть с мальчиками нельзя, Олли. Мы идем за Несси-Бесси немедленно.

Вечерний свет, заливающий долину, слепит меня. В Лесном приюте меня скоро хватятся. Тула и Амос, наверное, уже вернулись домой и проверяют, сколько хвороста собрали дети и не удалось ли им поймать пару рыбешек. Наверное, Кора изловила кого‑нибудь в силки и разделала к ужину. Малыши играют, смеются и болтают, крутясь вокруг костра в ожидании еды.

Они ищут меня, смотрят на тропинку, ведущую к Мосту Спящей красавицы и к песчаной отмели, по которой мы ходим, возвращаясь вдоль ручья с лошадью и мулом. Я назвала эту отмель «Остров сокровищ».

Там под платаном спрятаны наши деньги… отложенные на Город хранителей леса. Меня душат слезы. Проглотив ком, я моргаю. Все это не должно погибнуть из-за Теско Пила. Я найду способ вернуться в лагерь. Мы соберем все и уйдем в горы.

– Ну, и как ты провела лето, Олли-Огги? – спрашивает Теско, пока я веду его по улицам мимо галантерейных лавок, торговцев землей и пустого здания прачечной. Мистер Бразертон протирает окна, стоя на тротуаре перед газетной конторой. Переднее окно выглядит так, словно кто‑то бросил в него камень. Наверное, не всем понравились статьи про мисс Кейт и женщин, желающих голосовать, про дельцов, опекунов и детей, которым приходится бежать в леса.

В своей газете он поведал истории Тулы, Амоса и Дьюи. «Совсем недавно одна добрая женщина, приехавшая сюда, чтобы послушать политические выступления, выразила озабоченность тем, что к ее ферме приходят несчастные беспризорные дети, просящие пищу. Изнуренные путники, одетые в лохмотья, оставленные жить в лесу и питаться подобно зверям. “Люди рассказывают сказки об эльфах, населяющих леса, – говорила эта женщина. – Но это не эльфы. Это дети, скрывающиеся в немыслимых условиях из-за недостатка помощи, из-за страха перед людьми, которые превратят их в крошечных узников, лишат их земли и даже жизни ради собственной прибыли”…»

– Здравствуй, Хейзел, – говорит мистер Бразертон, когда Теско ведет меня стороной мимо осколков, блестящих в вечернем солнце. – Осторожно. Они острые.