Книга Агнес, страница 108 – Хавьер Пенья

Тебе бы скорее следовало беспокоиться не по поводу почтовых отправлений, а по поводу личностей, проникающих в твою квартиру после рождественского ужина, о чем ты ни сном ни духом. Не забывай, что за посылку ты должна расписаться. Другими словами, ты сама приглашаешь курьера войти. Ну и ще тут вторжение? Давай-ка взглянем, который час? Ровно четыре пополудни. Вот-вот должны доставить.

Подождите. В дверь звонят.

А, великолепно!

Вы что, колдун?

Да нет, никакого колдовства, просто хорошая служба доставки.

Ко мне никогда не приходит один и тот же курьер… Так, и что вы мне прислали? Старые хлопчатобумажные трусы?

Обрати внимание на размер.

Вы хотите сказать, это трусы Ургуланилы? Те, которые служили перчатками при транспортировке ее тела? Вы не избавились от них!

В тот момент я был настолько не в себе, что совершенно об этом забыл. А потом решил сохранить их как фетиш.

А вы понимаете,что, если я отнесу эти трусы в полицию, выяснится, что вы замешаны в преступлении? Отдаете себе отчет в том, что даете мне в руки то, что позволит обвинить вас в убийстве?

Никакое это не убийство, это был несчастный случай. Ты что, не читала?

Это только ваши слова — и я должна им верить?

Давай-ка поглядим, детка, что заставляет тебя сомневаться? Ты веришь в мою историю с Ургула-нилой, за исключением несчастного случая? Если тебе так уж не хочется мне верить, можешь успокоить себя тем, что трусы эти я только что купил в магазине дамского белья больших размеров.

Вы, похоже, пытаетесь втянуть меня в какую-то шру.

Обратись в полицию, если хочешь. Сдается мне, я смогу написать целый роман отом, как ты в участке пытаешься убедить дежурного, что писатель-аноним прислал тебе по почте гигантские трусы, с помощью которых он тащил труп какой-то женщины во Франции семь лет назад. Может, тебе лучше сразу в Интерпол?

Можете смеяться сколько угодно, но как раз это я и собираюсь сделать.

Давай.

Идите черту.

В Сент-Эмильоне я прожил всего неделю, был там проездом. Сколько людей вспомнит, что видели меня тогда? Ургуланилу я до того вечера знать не знал, с ней меня вообще ничто не связывает. Я и вправду боялся в течение тех нескольких дней, пока добирался в Бордо. Читал газеты от корки до корки. Знал, что, если тело обнаружат быстро, у меня немедленно начнутся проблемы. Но потом я сел в самолет до Швейцарии и расслабился. Связался с литературным агентством, о котором говорила Девушка погоды и времени. Сказал, что я автор и один из бенефициаров контракта. Они сообщили мне название банка в Цюрихе. Душевное спокойствие снизошло на меня, как только я увидел сумму на счете.

Она была настолько большой?

Больше, чем я мог вообразить. За четыре месяца книгу успели перевести на шесть языков, и уже были подписаны договоры о переводе еще на пять. На испанском вышло уже восемь тиражей, на английском — десять. Кроме того, было принято весьма щедрое предложение на экранизацию. Я сообщил в агентство, что собираюсь продолжить писать, и там страшно обрадовались. Они практически потеряли всякую надежду меня отыскать. И остались без курицы, несущей золотые яйца, раньше, чем смогли ее зарезать. Но они, без сомнения, как никто другой разыграли карты с исчезновением: сделалиставку на загадочность автора, о котором ничего не знали даже в издательстве, а вовсе не на литературные достоинства произведения. Вспомни, это были рассказы, которые я сочинял для своей ослепшей подруги. Иных намерений у меня никогда и не было. Моя история не то чтобы неправдоподобная, она просто бредовая.