Онлайн книга «Незримый убийца»
|
– Когда вы видели ее в последний раз? – Да вот как раз в день своего юбилея. В памяти всплыли слова Нины о том, что Марина заглядывала тогда к Ерохину, и Марк уточнил: – Во сколько, не помните? – Где-то в обед. Ко мне соседка заглянула – пироги на вечер принесла, к праздничному столу. Мы у калитки стояли, и тут Марина от Вити вышла, с нами обеими поздоровалась. Мы с соседкой, помню, не удержались, чуток позлословили, что ходит на работу вся в блестках, прямо как на праздник. Ай-яй, стыдно теперь. – Диляра покачала головой. – Ильнур Мавлиханович немного рассказывал про ваш день рождения… – Ай, да что он мог рассказать? – хохотнула она. – Не память, а решето! Улыбаясь, Марк приподнял брови: – Ну а вы – хорошо помните? – И тот, и все другие! Такое раз в год бывает, отчего же не запомнить? И все фотографии храним – вон, стоят на полке, – махнула она в сторону камина. – Там и внуки наши с рождения, и каждый Новый год, и все юбилеи. – Если вы не против?.. – Марк встал и присмотрелся к снимкам. На одном из них он заметил сидящих за длинным столом молодых Олега Потапова, Дмитрия Черных, Виктора Ерохина и Диляру в окружении незнакомых ему мужчин и женщин. В правом нижнем углу стояла цифровая красная надпись: «07.08.2004 21:52». Не может быть… – У вас есть еще снимки с того вечера? – с надеждой спросил Марк, показывая Диляре рамку с фото. Она нахмурила лоб: – Я про них уже и забыла… Наверное, наверху, в спальне. Я быстро! – И выбежала из комнаты. Марк же продолжил рассматривать фоторамки на каминной полке. Он никогда не понимал тех, кто бережно хранит свидетельства пьяных застолий. Чужие выбеленные вспышкой лица с красными глазами, неопрятные столы с объедками на тарелках… Сам он не мог припомнить, чтобы распечатывал какие-то фото для украшения своей квартиры. Максимум – это выцветший снимок десятилетней Лизы на кружке, из которой она пила, когда бывала у него дома. Остальные фото хранились на жестком диске в качестве фотоархива для Лизиных потомков. Марк же предпочитал обычные воспоминания, и то далеко не все. Он взял мобильный, чтобы переснять фотографию с юбилея Диляры, и лишь тогда заметил несколько пропущенных вызовов от главреда и его гневное сообщение: «Что там за история с этим интервью?! Пресс-служба СК заявила, что ты его сорвал!» Марк сел обратно на диван и напечатал ответ: «Интервью не будет. У нас со следствием не совпали точки зрения». Кот, все это время сидящий на ковре, одним плавным движением запрыгнул Марку на колени, и острые коготки тут же впились в его джинсы. На экране всплыло очередное сообщение от Нумеровского: «Мне насрать! Завтра же аннулирую удостоверение и похороню твою журналистскую карьеру!» Марк криво усмехнулся и почесал кота за ухом. – Надо же, вы ему понравились! – заявила Диляра, возвращаясь в гостиную. – Хотя он даже к нам с мужем на руки не идет. Она протянула Марку конверт с надписью Kodak и махнула на кота полотенцем: – Кыш, Мурзик, проказник! – И тот спрыгнул на пол, напоследок царапнув Марка. Стряхнув с коленей кошачью шерсть, он достал пачку снимков и начал один за другим перебирать их, замечая проставленное на каждой фотографии время: 21:14, 21:35, 21:47, 21:56, 22:02, 22:11… За столом менялись люди, поднимались тосты, хозяйка то появлялась, то исчезала, но в каждом кадре обязательно присутствовали или сам Виктор, или фрагмент его полосатой футболки. А ведь именно в этот интервал Харланов проходил мимо его участка и слышал голос Марины и кого-то еще. |