Онлайн книга «Бессрочные тайны»
|
Внук сидел на том же самом месте пустой трибуны, где получил от деда в подарок часы «Слава», снял часы с руки и приложил их к уху. Остановившиеся три дня назад часы мирно тикали и совсем не собирались снова останавливаться. – Вот и славно… оправдывают своё название «Слава»… Работают, как и положено работать часам… И есть повод глубоко задуматься и осмотреться – стадион ли это, или всё же погост… Поле жизни кто-то переходит, а кто-то нет в силу разных причин… Ведь поле жизни всегда предполагает миссию – кто-то уже исполнил, кто-то ещё исполняет, а кто-то не исполнит никогда, вот в чём ужас поля жизни… Он это прошептал в один присест, а потом предался мысленным воспоминаниям. Было чему удивляться, более того, поражаться при сравнительном анализе ряда, казалось бы, абсолютно разнородных фактов, вещей и символов. Ведь он предупредил бабушку, что дед после его смерти разрешил вскрыть сундучок с бумагами Лопатина заповедным ключом из особого ящика буфета. – Пожалуйста, – зябко повела плечами бабушка, – но не рано?.. – Я только гляну на содержимое сундучка одним глазком, – как бы оправдываясь, ответил Александр. Всё оставлю, как есть, и закрою до детального изучения через сорок дней или через год после кончины… – Правильно, раньше положенного времени не трогай те вещи… – Там не вещи, какие-то книги и бумаги Лопатина, а также дедовские учебные вузовские книги, инструкции и служебные наставления, так мне дед объяснил, что там… – Как знаешь, ключ положишь на место после ознакомления и предварительного осмотра сундучка… Сразу после приезда с погоста, до начала поминок Александр открыл сундучок и среди хлама нашёл то, что искал, часть подаренного рукописного архива Лопатина его верному безграмотному слуге Сергею. В этом подарке был уже парадокс: слуга не умел читать, умел только расписываться, значит бумаги философа предназначались братьям Сергеевичам – Михаилу и Николаю. Поскольку хилый и согбенный Николай Сергеевич никогда не принимал участие в судьбе отца, то по праву архивом мог распоряжаться только дед, Михаил Сергеевич. Но тот, то ли брезговал, то ли боялся касаться рукописного архива знаменитого профессора-философа. Бумаги философа-метафизика лежали не тронутыми и не разобранными 47 лет. И вот настало время коснуться бессрочно-жгучих тайн, с ответвлениями на старые и новые исторические загадки. «Дед намекнул мне, что слугой он не мог бы служить ни у кого… Не хватало ещё зачислить в слуги-лакеи, – вспомнил Александр ход мыслей деда, оглядываясь вокруг, видя почему-то перед собой не реальность стадиона, а ирреальность погоста. И тут же его мысли перескочили на сторожа Петра, не пускавшего его на стадион ли, погост ли. А Валентин, брат Петра зафиксировал и подтвердил факт останова часов и пропажи пульса у внука в день смерти деда. А до этого мы с Валькой и Валеркой в «Мечте» после УИР вместе смотрели фильм «Туманность Андромеды» и устроили неожиданное бурное обсуждение фильма по роману фантаста Ефремова…» Валька тогда при просмотре фильма обратил внимание на знаковую символику: – Нестандартные масонские, тайные, эзотерические знаки… В первую пожатие рук особым способом при посвящении и благословении Левита в «Туманности Андромеды». Одна буква «Шин» чего стоит… После просмотра они втроём долго обсуждали тожественную клятву юноши на фоне монумента с факелом на церемонии совершеннолетия: «Вы, Старшие, примите моё имение и желание, примите мой труд и учите меня…» |