Книга Убийство в санатории «Таёжный», страница 51 – Елена Терехова

– Видали, какие мужики на машинах приехали? Все солидные, при должностях. На нас с вами такие и не глянут, – громко, на весь автобус заговорила крашеная рыжеволосая женщина лет сорока с небольшим. Она сняла с головы мокрый платок и пыталась хоть немного отжать из него воду.

– Дура ты, Машка, дура и есть, – повернулся к ней хлипкий мужичонка «синюшного» вида. – Надо, чтоб мужики при жизни глядели, а не после того, как ты в домовине пристроишься. На тебя не глядят не потому, что ты вся из себя честная, а потому, что ты есть язва и сплетница первостатейная. А нашему брату этот звон в голове не надобен, хоть будь я начальник, хоть ассенизатор.

– Да у тебя только один звон в твоей башке – похмельный, – огрызнулась в ответ Машка, – тут не до баб, мыслей только, где б стрельнуть на стаканчик красного. У Ромки хоть денежки мамашкины будут да квартира кооперативная. Любка его в ЛТП пристроит или ещё куда подальше и будет себе поживать припеваючи, а с тебя чего взять-то, кроме гранёного стакана? Одно слово – Робинзон.

– И снова ты дура, – усмехнулся мужичок, – потому как дальше кончика носа своего не видишь ничегошеньки. А объяснять тебе бесполезно, всё равно не поймёшь, потому дискуссию нашу буду считать закрытой.

– Чего ж не пойму-то? Поди, не тупее тебя. – Женщина пыталась отвоевать позиции, но её оппонент уже отвернулся к запотевшему окну и не реагировал ни на какие выпады.

Рыжая замолчала на некоторое время, а потом переключилась на соседку слева:

– Антонина, а ты слышала, что Капитоновна-то вещала? Про синие губы Эльвиркины? Заметила, рядом-то Ромка стоял! Неужели это его рук дело? Ссорились-то они не на шутку, весь дом слышал. Не выдержала, видать, всего этого дела, сердешная.

– Да Капитоновна в маразме уже лет десять, ей простительно. Ты-то чего всякую ерунду слушаешь? – Антонина нехотя повернула голову в сторону своей собеседницы. – И, кроме Ромки, там ещё, между прочим, человек тридцать было, включая тебя, меня и ту самую Капитоновну.

– Вот я и говорю, Мань, может, это ты Эльвиру-то того, замочила? – снова вклинился в разговор «Робинзон». – А что? Зависть – она такая, до жёсткой скамейки враз способна довести!

– Совсем мозги про́пил, что ли? – вскинулась Мария. – Ты чего городишь?

– А кто в ОБХСС анонимки писал, что соседка, мол, незаконно обогащается за счёт государства? Сколько тогда Эльвиру таскали, сколько проверок было? А всё почему? Потому что, видите ли, у неё ковёр есть, да ещё на полу лежит, а не на стене висит. Вот так-то! Я помню, как с тобой участковый беседовал, предупреждал, что за оговор бывает. Вот и подумай, был ли этот – как его? – мотив? Тут ещё и статейку тебе могут припаять за доведение до самоубийства, вроде как есть такая!

– Да пошёл ты знаешь куда?

Женщина засверкала глазами, полными слёз, и отвернулась ото всех, кого только что пыталась вытянуть на разговор. В ресторан она не поехала, попросила водителя высадить её на ближайшей остановке и ушла в дождь, демонстрируя высоко поднятую голову.

Примерно через десять минут автобус притормозил у самого крыльца ресторана «Бель-Су». Народ направился к главному входу, а двое из «Борща» – к служебному.