Книга Убийство в санатории «Таёжный», страница 23 – Елена Терехова

– Вот что я тебе скажу, – прервала Галина очередной поток страданий своей подруги, – ты ни перед кем оправдываться не должна. Да и не за что. А вот утереть нос этому гонористому товарищу сыщику ты просто обязана! С твоими-то знаниями и жизненным опытом!

– Я не совсем поняла… Что ты мне предлагаешь? – вскинулась Борисова.

– Что тут непонятного? Я предлагаю тебе раскрыть это запутанное дело. Найти либо причину самоубийства Королевы Марго, либо её убийцу.

– Глупости. Зачем мне это? Да и возможностями такими, как милиция, я не располагаю.

Елена пыталась спорить, но подруга видела, как сдаются позиции. Любопытство брало верх.

– Не располагаешь. Но у тебя где-то на полочке пылится красный диплом, в котором крупными буквами написано «юрист». Так что знания, пусть базовые, имеются. Это первое. Второе – соображалка у тебя в полном порядке и глаз – алмаз, это любой подтвердит. И третье, самое главное, – Галина торжественно подняла наполненную коньяком чайную чашку, – у тебя есть я. И у нас всё получится!

– Последний аргумент самый сильный, – рассмеялась Елена.

Чашки в очередной раз со звоном стукнулись друг о друга.

– Ты ведь не веришь в то, что Эльвира сама лишила себя жизни. – Галина смотрела прямо в лицо подруге. – Почему?

– Не знаю, – Борисова в задумчивости постукивала ногтями по столу, – но что-то меня смутило в момент осмотра места происшествия. Наверное, сам антураж, картинка. Что-то в ней такое… постановочное, театральное. Не настоящее, в общем.

Щербинина откусила кусочек от шоколадной конфеты.

– Жаль, что наша Марго-Эльвира не отличалась общительностью.

– Да, ты права. Не помешало бы узнать о ней хоть чуточку побольше. И сделать это можно только в одном месте – на её работе. Нам туда соваться не стоит, рановато. Да и с милицией пересекаться не хочется, давать Потапову очередной повод позубоскалить.

– Кстати, а почему твой знакомый так тебя не любит? – поинтересовалась Галина. – Ты вместо него дело раскрыла или в суде лжесвидетельствовала?

– Это история старинная, рассказывать долго, да и не хочется мне сейчас всё это ворошить, – отмахнулась Лена. – Давай лучше подумаем, как нам незаметно совершить вылазку туда, где нас не ждут?

– Ксюша! – одновременно воскликнули женщины.

– У неё есть домашний телефон на съёмной квартире. Дай две копейки, пойду к автомату, не буду от дежурной звонить, нам лишние уши ни к чему. – Лена, покопавшись в сумке, извлекла на свет изрядно потрёпанную тетрадку в клеёнчатой обложке – одновременно телефонный справочник и книга по домоводству. – Завари-ка ещё чайку, Галюня. Нам сейчас понадобятся незатуманенные мозги!

Вечером, когда Мишка удрал с друзьями в кино, Лена достала с верхней полки книжного стеллажа толстый альбом в красном бархатном переплёте. Словно сомневаясь, она некоторое время подержала его в руках, а потом уселась на диван и принялась листать плотные картонные страницы. С выцветших от времени чёрно-белых фотографий на неё смотрели знакомые до боли лица: родители, совсем ещё юные, бабушка с дедом – такие серьёзные, в необычной одежде. Вот здесь родители уже постарше, совсем скоро папы не станет, и мама до конца своих дней останется верна его памяти. Одна будет поднимать четверых детей, а к ней, самой младшей, переедет после долгих уговоров, чтобы тихо закончить свои дни. Деревенские подруги – чумазые, с тонкими косичками, в простых ситцевых платьях в горошек… Где вы сейчас? Как сложилась ваша жизнь? А это она, Елена. Эту фотографию сделали для школьного стенда «Наши лучшие ученики». Фотограф приезжал из самого райцентра, долго приглаживал её непослушные светлые кудряшки, а потом оставил всё как есть. Серьёзные глаза, длинная шея и облако из кудрей на голове.