Книга Проклятие покинутых душ, страница 15 – Елена Асатурова

В библиотечной половине было тихо, слышалось лишь жужжание мухи, бившейся о стекло. И запах – тот непередаваемый запах книжной пыли, старых переплетов, канцелярского клея, смешавшийся с ароматом разогретого дерева и цветущей под распахнутыми окнами сирени. На стенах висели потускневшие портреты классиков и несколько копий пейзажей Левитана, видимо, кого-то из местных художников-самоучек.

Выдавала книги бывшая учительница литературы. Школу в деревне давно закрыли, немногочисленную детвору возили автобусом в поселок, и Анна Васильевна взяла на себя библиотеку, чтобы чем-то заняться на пенсии. Невысокая, сухонькая, с пучком седых волос, она превращалась в настоящую фею, когда говорила о книгах. Распрямлялась и молодела на глазах. Найдя в моем лице благодарного слушателя, она поведала мне историю села, показала фотографии старинной барской усадьбы, разрушенной в годы революции, и даже несколько книг, которые не были сожжены дорвавшимися до свободы крестьянами.

Я пропадал в библиотеке целыми днями, помогал Анне Васильевне обновлять картотеку – сюда еще не добралась начавшаяся в стране компьютеризация – и расставлять ее сокровища на полках. Она не торопила меня, если я вдруг погружался в чтение, и даже выделила небольшой столик у окна в глубине, за стеллажами, где можно было оставаться не замеченным редкими посетителями. Особенно меня заинтересовали те старые книги из усадьбы, среди которых попадались и альбомы с дагерротипами, и вложенные между страницами письма на бумаге с фамильным гербом ее владельцев. И когда твой отпуск закончился, я не вернулся в город, оставшись в гостях у бабушки до конца лета…

Я еще не понимал, что само провидение привело меня сюда, вверяя тот подарок судьбы, на фоне которого померкнут и пропущенный рок-концерт, и школьная красавица Светка, и обиды за эту ссылку в деревню, и даже тот гадливый ужас, когда я случайно увидел тебя с фельдшерицей Любкой на заднем крыльце медпункта…

Вот и школа, мне пора на урок, но мы еще поговорим…

И Николай Павлович Сугробов, учитель истории, неловко отряхивая снег с пальто, вошел в здание школы…

4 декабря 2018 года

Ладожск, детский дом

– Лизка-редиска, ты опять за нами увязалась! – Задира Тимурка дернул девочку за косичку и оттолкнул от двери, ведущей в темный коридор. – Мы девчонок в экспедицию не берем, особенно таких мелких. Шла бы отсюда, моль бесцветная.

Смуглая кожа и почти черные миндалевидные глаза выдавали его цыганское происхождение. На маленькую белобрысую Лизу он смотрел свысока, хотя, признаться честно, девчушка была бойкая, пронырливая и в обиду себя не давала. Вот и сейчас она не расплакалась, а ткнула мальчишку в грудь крепко сжатым кулачком и нахмурила светлые бровки. В голубых глазенках не было ни тени страха.

– Я тоже хочу в экспедицию. Вам же нужна санитарка и повариха. А у меня вот что есть!

И Лиза достала из кармашка теплой кофточки три слегка помятые конфеты и чистый носовой платочек.

Тимурка ловко выхватил из ее ладошки конфету и рассмеялся:

– А платок-то нам зачем?

– Вместо бинта, раны перевязывать. Вдруг вы там поранитесь, – насупилась девочка, вглядываясь в темноту за полуоткрытой дверью. Ей казалось, что она слышит какие-то шорохи и завывания. Хотя, скорее всего, это ветер на улице раскачивал ветки деревьев, и они царапали окна…