Книга Искатель, 2005 №12, страница 71 – Рашид Валитов, Кирилл Берендеев, Алексей Голиков

А пока мы с моей молодой женой едем в автомобиле по улицам Москвы, и я шепчу ей на ухо:

— Твои груди — как спелые дыни… Твоя талия тоньше осины… Твои волосы — нежное облако… Ты пахнешь лимонником и аралией… Я так люблю тебя!..

Изложенное ниже есть чистой воды правда. И я настаиваю на этом, поскольку все сведения, так или иначе связанные с этой удивительной историей, я получил сразу из двух источников, заслуживающих… ну, пускай не самого высокого, но все же доверия. Особенно последний, с которым я познакомился сравнительно недавно, с целью проверки истинности слов первого. И он, будучи в ясном, трезвом, ну, не совсем трезвом — после бутылки светлого пива, — рассудке и доброй памяти, не замутненной проблемами только что сданной сессии, как на духу ответил на все мои вопросы. И рассказал даже о том, о чем я спрашивать его, в общем-то, не желал; тем не менее он настойчиво, дотошно и доказательно изложил мне. И только убедившись, что сказанное им улеглось в моей голове правильно, а пива у меня больше нет, отпустил на все четыре стороны.

Так что я спокойно приступаю к повествованию, нет, даже не с самого начала, а с небольшой, но необходимой для понимания всего последующего предыстории.

Итак, однажды я познакомился с неким ангелом… правда, в этот момент он уже не был ангелом, но прежде был, буквально за несколько минут до нашего знакомства, — работал по контракту в небесной иерархии. Представился он мне как Азаил — так я на протяжении всего рассказа и буду его величать.

Азаил прежде служил в должности ангела низшей категории, таким юным неоперившимся созданием, только-только прошедшим стажировку и утвержденным в штат. А посему на первых порах должность у него была самая малозначительная, какую на небесах сыскали, зато круг обязанностей и ответственности — огромаден, и отношение со стороны старших коллег по цеху — совершенно никакое. То есть: приди на службу, получи задание, исполни, отправь отчет в трех экземплярах — для Отца, Сына и Святого Духа в отдельности, получи добро и отправляйся для получения нового, которое надлежит исполнить в тот же срок и с тем же тщанием. И так каждый божий день до самой субботы, когда положено отдыхать, посвящая день Вседержителю. В субботний день ангелы старших чинов собирались группами по десять, руководимые серафимами, в кои-то веки разлеплявшими уши, прежде закрытые постоянно третьей парой крыльев (второй они прикрывали глаза, дабы, летая вкруг Престола, случаем не узреть Лик), чтобы слышать не только свое неизменное: «Свят, свят, свят,Господь Бог Саваоф», но и песнопения ангелов, собранных в хоры для исполнения торжественных гимнов. Откровенно сказать, хоры эти особым успехом не пользовались — не то от частоты повторений, не то от чрезмерного количества собранных на песнопения. Всевышний так ни разу не отметил старания своих подопечных, внимая более новоприбывшим праведникам, рассаживавшимся кто одесную, кто ошуюю вкруг Престола, внимательно и с неподдельным интересом расспрашивая о том, о сем, чему последние, естественно, были только рады, вызывая невольную зависть у старавшихся неподалеку райских туземцев.

Сам Азаил в таких сборах участия не принимал в силу малозначимости своей персоны, но даже и после повышения, когда его перевели из разряда ангела на побегушках при архиве небесной канцелярии в палату мер и весов, он все равно остался без почетной обязанности. И вот по какой причине. Азаил, как и было положено ему по должности, перепроверял данные о поступавшем на небо праведнике, которого внизу, на грешной земле, объявили святым. Обычная процедура: измерить и взвесить его душу и доложить о полученных измерениях до того, пока оный сам не постучится в райские врата. Конечно, пускать душу ломящегося в рай или не пускать решал не он, а совет палаты; Азаил лишь измерял и взвешивал, а после докладывал постоянным членам о сделанных замерах. На основании этих замеров совет и решал — пускать, давать от ворот поворот или отправлять на испытательный срок в чистилище.