Книга Искатель, 2005 №1, страница 14 – Николай Буянов, Песах Амнуэль, Кирилл Шаров

И бросил трубку, едва не расколотив ни в чем не повинный аппарат.

Улица, заканчивающаяся у добротного дома-пятистенка за крепким забором без единой щели, привела к старой монастырской стене с воротами, на которых красовалась облезлая вывеска «Автобаза № 2». Алексей с Наташей прошли вдоль стены и увидели небольшой базар. Близился вечер, и базар был почти пуст, только в тени, где стена нависала над лужайкой, сидела сонная баба в синем платке. Перед ней на мешковине лежали стеклянные блюдца, старые ходики, мясорубка, глиняная собачка и книги: потрепанные «Хождение по мукам», «Поваренная книга» и роман Обручева «Плутония». Томик был потертый, с облезлым золотым орнаментом, в который сверху было вписано название серии: «Библиотека приключений». Алешин папа Павел Игнатьевич души не чаял в таких книжках — знакомых с детства послевоенных изданиях.

— Читала такую? — спросил Алексей.

Наташа покачала головой.

— Я у Обручева знаю только «Землю Санникова». Лучше всякой Лоры Палмер… Хочешь купить?

— Отцу в подарок, — пробормотал он, расплачиваясь. — Идем дальше?

— А куда?

— Куда получится. Так ведь интереснее, верно?

Они шли рядышком по тропинке вдоль тихой речушки с темной водой, ласковой в предвечерних сумерках. Наташа снова была в давнишнем сарафане. Алеша, действуя по канонам классики, накинул ей на плечи свою ветровку. Девушка благодарно улыбнулась: с реки тянуло прохладой.

— Вот так, — сказал он. — Я уверен: бабу Клаву держат в лечебнице незаконно, за что Киреев дал врачу крупную взятку. Нас к ней не пустили, иначе мы бы поняли, что «больная» она такая же, как мы с тобой.

Она горестно покачала головой:

— Неужели все это из-за дома?

— Не знаю. Мне кажется, непростой это дом.

— Думаешь, там и вправду клад? — она слегка улыбнулась. — Выдумщик ты, Алешенька. Так бывает только в романах.

— Но зачем-то Владимир копал под дальним углом, — возразил он. — Уж его легковерным никак не назовешь. Словом, мне необходимо поговорить с бабой Клавой. Любым способом, — он испытующе посмотрел на нее. — Сможешь помочь?

Она поежилась, будто от холода. И вдруг прижалась к нему, словно в поисках защиты.

— Я боюсь за тебя. Зачем ты в это ввязался, а?

— Не знаю, — честно сказал он. — Только отступать все равно поздно. Да и не хочется.

Он помолчал и тихо рассмеялся.

— Вот уж не думал, что когда-нибудь придется заняться кладоискательством. Хотя, кажется, свой главный клад я уже нашел.

Он хотел сказать это шутливо, а получилось серьезно. И она поняла: встала на цыпочки, притянула Алешу к себе и легко поцеловала в щеку, заставив моментально покраснеть, как давеча в электричке, и блаженно замереть на месте…

— Алло, папа?

На том конце заскреблись электрические шорохи.

— Вам кого?

— Суркова Павла Игнатьевича… Пап, это я, не узнал?

— А, блудный сын. Как там твоя склочница, которая любит писать письма?

— Темная история, — не стал скрывать правду Алеша. — Наверное, мне придется задержаться дня на два или на три.

— А где будешь ночевать?

— Обещал приютить один хороший человек.

— Ты звонишь от него?

— Нет, из милиции.

— Тебя арестовали? — всполошился родитель.

— Вот еще. Просто тот человек — милиционер. Пап, я здесь встретил девушку…

— Поздравляю. Надеюсь, перед свадьбой заглянешь к старикам?

— Я вас познакомлю. Ее зовут Наташа, она работает медсестрой в психиатрической клинике.