Онлайн книга «Искатель, 2004 № 05»
|
После таких авансов мне даже стало жалко физрука. Неужели это из-за меня такой замечательный, обязательный и незаменимый человек спрятался дома за семью замками? Очень недовольная качеством проведения спортивного праздника, директриса распорядилась отнести номера в тренерскую и, не попрощавшись с нами, растворилась в тумане. Мы остались с Ольгой Андреевной одни в самом центре Молочной Вселенной. — Про девушку, которая подвернула ногу, вы, конечно, придумали? — спросила учительница, повернувшись ко мне и очень доверительно взглянув в глаза. — Про девушку как раз я сказал правду. А вот про то, что Рябцев ей помог, — придумал. Ольга Андреевна не сводила с меня своихпрекрасных подвижных глаз. Она стояла так близко от меня, что я улавливал хмельной запах шампуня, идущий от ее волос. Пальцами я невольно касался ее плаща, гладкого и мокрого, словно спина дельфина. — Зачем? — медленно спросила она. — Зачем придумали? Я не мог оторваться от завораживающего взгляда Ольги Андреевны. Теперь мне было понятно, почему Лешка два дня не вылезал из ее постели. — Не мог же я признаться директрисе, что сам остановил его на повороте! — А зачем вы его остановили? — допытывалась Ольга Андреевна. Мне показалось, что она незаметно, миллиметр за миллиметром, приближается ко мне, и вот мы стоим уже вплотную друг другу. Я стал рассматривать ее губы. У нее были очень хорошие, я бы сказал, изящные губы, между которыми влажно блестела белая ровная полоска зубов. — Я хотел с ним поговорить. — Поговорить? — со сдержанным негодованием спросила она. — И о чем, интересно бы знать, вы говорили? Кто бы видел эти глаза! Они начинали сводить меня с ума. Мысли мои путались. Лавина чувств сметала их, как палатки альпинистов с крутого склона. Я вспомнил, в каком милом платье Ольга Андреевна стояла у плиты в доме Белоносова, и мне в голову взбрело навязчивое желание взять лицо учительницы в ладони, приблизить его к себе и поцеловать в губы. А потом расстегнуть ее плащ, скинуть его с ее плеч на асфальт… — Но это наши личные мужские дела! — ответил я и, стараясь избавиться от власти чувств, отступил на шаг. — Ничего подобного! — возразила Ольга Андреевна и взяла меня за руку, не позволяя мне слишком удалиться от нее. — Пока я классный руководитель Рябцева, пока я отвечаю за его учебу, у него не может быть никаких личных дел! — Он попросил меня обучить его некоторым приемам самообороны, — ответил я. — Вы говорите неправду! — Хорошо, я скажу вам правду! Он сбился с дистанции и намотал лишних триста метров. А потом признался мне, что идет на золотую медаль и ему очень важен хороший результат. Сложное это понятие — правда. Сам не знаю, солгал я или нет. Как бы то ни было, Ольга Андреевна начала мне верить. Она все еще пытливо смотрела мне в глаза, но в них уже не было тревожной настороженности. Я же по-прежнему боролся с внезапно нахлынувшим на меня чувством. Вдруг где-то на втором этаже школы громко хлопнуло окно. Мы одновременно посмотрели вверх, но ничего, кроме молочной пелены, не увидели. — Сквозняк, — предположила Ольга Андреевна и снова взяла меня за руку. — Давайте не будем стоять под окнами. Мы подошли к моей машине. Учительница молчала и допрос не возобновляла. Хлопнувшее окно как бы подвело черту под ее вопросами. Теперь наступила моя очередь спрашивать. |