Книга Выстрел мимо цели, страница 34 – Ричард Томас Осман

– Они у вас сохранились? – интересуется Элизабет.

– Конечно, – подтверждает Майк. – Ее сообщения я буду хранить вечно.

– Как я вас понимаю, – кивает Джойс. – Письмо Джерри однажды напечатали в «Радио Таймс»^[34], и я до сих пор храню тот номер.

Майк начинает пролистывать на телефоне сообщения.

– Письмо было о «Кегни и Лейси»^[35], – продолжает Джойс, – что на него совсем непохоже.

Наконец Майк находит сообщения Бетани.

– «Сегодня еще одна записка, шкипер. Подкинули в сумку. “Если не уберешься, то я заставлю тебя уйти”». Всегда было что-то вроде этого: «Убирайся. Все тебя ненавидят».Казалось бы, с одной стороны, детский сад, но с другой – кто его знает? В то время я даже не подумал рассказать об этом полиции.

– А могла ли писать записки Фиона Клеменс? – гадает Джойс. – Я очень надеюсь, что нет.

– Полин, есть какие-нибудь идеи? – спрашивает Элизабет.

– Я даже не помню тех записок, – отвечает Полин.

Джойс кладет руку на плечо Майка.

– Еще вина, Майк?

– Да, прошу вас, – отвечает Майк, и Джойс наливает ему второй бокал.

– А разве вы не читаете сегодня новости, Майки-сорвиголова? – спрашивает Рон.

– Нужно выпить гораздо больше, чем три бокала, чтобы Майк не смог читать новости, – сообщает Полин. – Покажи свой трюк, Майк.

Майк садится, выпрямляется так, будто только что проглотил шомпол, и смотрит Рону прямо в глаза.

– Тем временем в Боснии и Герцеговине продолжаются военные учения, поскольку представитель сербских сепаратистов инициировал вмешательство заинтересованных посредников.

Рон поднимает бокал.

– Парень умеет пить.

– Спасибо, Рональд, – отвечает Майк.

– Я хорошо его выдрессировала, – добавляет Полин.

– Что ж, до чего мы все потрясающие! – восклицает Элизабет. – Однако было бы неплохо продолжить. Давайте соберем в кучу все, что нам точно известно.

Мозаичную комнату недавно перекрасили. Или, по крайней мере, одну из ее стен. Теперь это так называемая «стена для записей», и она голубая, как утиное яйцо. Идея принадлежала Джойс: она увидела, как кто-то делал такое, по телевизору, после чего подняла вопрос в комитете отдыха и досуга. Были выдвинуты возражения – с точки зрения как стоимости, так и эстетики, однако, по мнению Элизабет, возражающие только зря потратили силы. Если Джойс нужна стена для записей, то у Джойс будет стена для записей.

Стена, которая, честно говоря, выглядит довольно неплохо, в настоящее время увешана фотографиями и документами. Среди них фото Бетани Уэйтс, а также разбитой машины у подножия утеса Шекспира. Имеются и зернистые снимки с камер видеонаблюдения. Вперемежку с фотографиями висят финансовые отчеты и тщательно составленные графики, распечатанные и ламинированные Ибрагимом. Раньше они раскладывали подобные вещи непосредственно на столе для сборки пазлов, но недавно Джойс наткнулась в магазине на крючочки на липучках, которые можно клеить на стены, а потом отклеивать, не оставляя никаких следов. Элизабет нравится, что все стало именно так. Комната напоминает ей теперь отдел крупных происшествий, то есть то самое место, где она провела немало счастливых часов.

– По причинам, известным только ей самой, – говорит Элизабет, – или, возможно, ее убийце, Бетани решает покинуть квартиру. Камера видеонаблюдения в вестибюле дома зафиксировала ее в десять пятнадцать вечера, а через несколько минут мы видим, как ее автомобиль проезжает мимо фасада здания.