Книга Выстрел мимо цели, страница 22 – Ричард Томас Осман

– Потому что улетел в страну грез, Ибрагим, – отвечает Конни. – Позволь спросить у тебя еще раз как у психиатра: по-твоему, что мною движет?

Ну, это простенький вопрос для Ибрагима. Конечно, мы все разные – множество уникальных снежинок, ведущих уникальную жизнь, – но «под капотом» у всех скрывается одно и то же.

– Импульс, я бы сказал. Стремление к движению и переменам. – Ибрагим складывает пальцы домиком. – Некоторым нужно, чтобы все оставалось как прежде, – вот я немного такой. Например, если изменится музыка в «Прогнозе погоды», то у меня перехватит дыхание. Но другие нуждаются в переменах. Ты нуждаешься в переменах. Хаос – то место, где ты легко можешь спрятаться.

– Хм, – произносит Конни, – как это мудро, мистер Ибрагим Ариф. Но как ты думаешь: важна ли для меня честность?

К чему она клонит? У Ибрагима возникает неприятное предчувствие.

– Полагаю, да. В твоей работе честность по иронии судьбы имеет первостепенное значение.

– Прикинь, да! – восклицает Конни. – Откуда ты узнал, как меня зовут, дружок? Как ты узнал о Конни Джонсон? Кто тебя подослал?

– Клиент, – отвечает Ибрагим.

Он плохой лжец и старается избегать лжи, где только возможно. Но, с тех пор как он встретил Элизабет, Джойс и Рона, ему приходится лгать все чаще и чаще.

– Вообще-то я уже слышала твое имя раньше, – признаётся Конни. – Ибрагим Ариф. Знаешь, от кого?

У Ибрагима заканчивается запас вранья, когда Конни наклоняется и шепчет ему в ухо:

– От твоего дружка Рона Ричи в тот день, когда меня арестовали.

Она откидывается на спинку стула: «Твой ход, Ибрагим».

– Это он велел тебе прийти сюда, верно? – спрашивает Конни. – Ты работаешь на него?

– Нет, я работаю на Элизабет Бест из МИ-5 или МИ-6. Что-то вроде этого.

Конни уважительно кивает.

– Выходит, в МИ-5 или МИ-6 хотят, чтобы я поговорила с Хизер Гарбатт?

– Косвенно – да, – отвечает Ибрагим.

– А поможет ли мне это на суде? Может, группа людей в балаклавах вытащит меня со скамьи подсудимых?

– Нет. Боюсь, что нет, – отвечает Ибрагим.

Хотя ему приходит в голову, что они, возможно, могли бы устроить и такое. Надо уточнить у Элизабет.

Но все-таки лучше ничего не обещать.

– Ибрагим, – говорит Конни, – я не люблю, когда мне лгут.

– Конечно, – отвечает Ибрагим. – Прошу прощения.

– И еще, – продолжает Конни, – важно, чтобы ты знал: в тот момент, когда я выйду отсюда, я убью твоего друга Рона Ричи за то, что он меня сюда заточил.

– Принял к сведению.

Конни на мгновение задумывается.

– А ты знаком с Богданом?

– Знаком, – признаётся Ибрагим.

– Я собираюсь убить и его тоже. Ты расскажешь им обоим об этом?

– Да, я передам сообщение.

– А ты не знаешь, Богдан с кем-нибудь встречается?

– Кажется, нет, – отвечает Ибрагим.

Конни кивает. Тюремный надзиратель подходит к их столу.

– Время вышло, Джонсон, на этом все.

Конни поворачивается к нему лицом.

– Еще пять минут.

– Не ты командуешь этой тюрьмой, – утверждает надзиратель, – а мы.

– Еще пять минут – и я куплю твоему сыну айфон, – предлагает Конни.

Надзиратель на мгновение задумывается.

– Десять минут. Он хочет айпад.

– Благодарю, офицер, – говорит Конни и поворачивается обратно к Ибрагиму. – Мне тут ужасно скучно. Давай сделаем то, что ты хочешь. Выкладывай все, что у тебя есть на Хизер Гарбатт. Я по-прежнему собираюсь убить твоих друзей, но пока этого не случилось, давай поладим и слегка повеселимся.