Книга Ловушка для дьявола, страница 151 – Ричард Томас Осман

Однако Митч не собирается сегодня умирать. Только не после всего, через что он прошел. Только не после той жизни, которую он сам создал для себя, — начиная от дома, в котором вырос, и заканчивая домом, которым наслаждаются его дети. Он жалеет, что успех ему принес героин, но он родился в таком месте, где особого выбора не было. С этим он вступил во взрослую жизнь и в этом достиг результатов.

Но если он найдет шкатулку, вернее, когдаон найдет шкатулку, со всем этим будет покончено. Лука мертв, и афганцы больше не смогут ему доверять. Пришло время диверсифицироваться. Он разговаривал с производителями английских игристых вин. Есть один участок земли в Сассексе, в Дитчлинге: южный склон, меловая почва, все как надо. Митч его купит, и они начнут управлять настоящим бизнесом.

А что, если он не найдет шкатулку? Тогда меняем план. Он поедет в Гатвик, как задумал, но, вместо того чтобы зайти в бар отеля «Рэдиссон», он направится прямиком на регистрацию, и не успеет никто глазом моргнуть, как он уже вылетит в Парагвай трехчасовым рейсом. У него есть там давние знакомые.

Жена и дети улетели сегодня утром. Келли живет с ним достаточно давно, чтобы знать: если Митч говорит, что надо собирать чемодан и вывозить детей из страны, то у него есть на то веские причины. Келли прислала ему сообщение, когда они уже сидели в самолете. Афганцам не поймать его в Парагвае, это точно. В таком случае им придется пробиваться через колумбийцев, но на это у них духу не хватит.

Митч продолжает карабкаться вверх по склону из мусора, рука кровоточит, одежда промокла насквозь, ноги в синяках и ноют. Покинув квартиру Джойс, он тут же поехал на свалку, но здесь не разрешается лазать по кучам мусора. В общем, пара звонков и знакомства в совете графства Кент дали ему полтора часа на сегодняшние поиски. Группа мусорщиков в жилетах со светоотражающими вставками сидит в вагончике с запотевшими от чая окнами и гадает, что здесь понадобилось ливерпульцу в стеганке. Один из наиболее предприимчивых даже предложил помощь, но Митч желает все сделать сам. Никто из них не помнит никакой маленькой терракотовой шкатулки, привезенной на мусоровозе из Кента.

Митч наступает на куклу — и та произносит «Люби меня» глубоким, замедленным голосом игрушки с разряженными батарейками. Ветер швыряет ему в лицо коробку из KFC. Он отбрасывает ее в сторону и продолжает восхождение. Он почти на вершине, и вокруг воет ветер, наполненный вонью всего, что оставили после себя люди; всего, что списали в утиль. Шкатулки по-прежнему нет. Митч уже понимает, что ее не найдет. Понимает, что придется спасаться бегством. Вырывать жену с ее работы, отрывать детей от их друзей, начинать все заново, в незнакомом месте. Он вдыхает зловоние и принимает его. Вдруг сердце его замирает, когда ему чудится, что он видит шкатулку. Он роется в подгузниках и тостерах, расчищая пространство. На мгновение его захлестывает что-то вроде экстаза, но, сдвигая в сторону вешалки для одежды, он видит, что эта «шкатулка» — лишь старый ящик из-под апельсинов. Кто бы сомневался! Митч начинает истерически хохотать.

Он карабкается все выше и выше, уже не озираясь по сторонам, просто стремясь достичь вершины. Зачем? Кто знает. Мы все хотим достичь вершин, не так ли?