Книга Слепые отражения, страница 94 – Оксана Одрина

— Можно теперь уйти, Алис? — хрипло выдохнул он девушке на ухо. — Только вместе.

— Можно, — радостно отозвалась она.

Однако ловко пробраться к дверям зала и сбежать с бала, до того, как грянет современная его часть они не успели. Со спины их настиг очередной рев радостной толпы, и она — бесшовная музыка. И тут даже Вадим не выдержал и рассмеялся, вспомнив глупую Лешину реплику про швы в разговоре с Игорем, и перекосившееся от непонимания лицо второго.

Они все-таки пересекли зал, как внезапно радостные крики школьников сменились на испуганные. А потом послышался непонятный мерзкий хрип, и Вадим резко остановился и, не выпуская руки Алисы, обернулся.

Зеркала… Зеркала на стенах актового зала на глазах беспричинно стремительно покрывались глубокими трещинами. Секунда не прошла, как раздался звон бьющихся стекол, и взрывной волной изнутри десятков зеркал вынесло сотни осколков и обрушило их на подростков вокруг.

Беда была еще и в том, что старшеклассники обезумевши понеслись к дверям, и у входа тут же образовалась давка. Охранники, конечно, пытались организовать эвакуацию, но выходило плохо. В панике подростки оступались, подворачивали ноги, налетали друг на друга и падали на пол, где взрывающиеся зеркала погребали их под осколками.

К сожалению, Вадима с Алисой ожидала участь куда страшнее. На них поползла целиком растрескавшаяся огромная зеркальная стена. Настолько огромная, что даже если бы они могли бежать, одного из них все равно бы задело осколками. Но бежать они не могли из-за толкотни вокруг, а из них двоих осколки зеркала не должны были навредить именно Вадиму. Если, конечно, он сумеет подчинить себе отражения в них. Ну, в теории…

Алиса словно поняла все и вцепилась в Вадима еще крепче. А он рывком выбрался из ее рук, схватил за плечи и с силой оттолкнул от себя. Она отшатнулась в сторону, поскользнулась на мелких осколках и чуть не упала, но тут ее подхватили охранники. Она принялась вырываться и кричать, стремясь пробиться к Вадиму — ее не пускали.

Ну а потом зеркало над головой юного сыщика рухнуло. Вадим видел себя в тех осколках, что летели прямиком на него с высоты, и не двигался с места. Да, он неумолимо приближался к самому себе в полный рост, отраженный в стеклянных кусках. И при этом отчетливо понимал, что, если поддастся страху и не сможет показать отражениям свое превосходство над ними, ему не спастись. И оказался прав.

— Второй корпус! Впусти! — жестко приказал он, бросив раскрытую ладонь навстречу осколкам.

Отражения подчинились ему и впустили. При этом изменились, из острых стекляшек превратились в мягкие и приятные на ощупь, сползающие с подрагивающих рук Вадима на пол поблескивающим желе.

Однако того, что не все отражения на его стороне Вадим не учел. А очень зря. Ведь Рихова, похоже, учел все. И свое эффектное появление из темноты в дальнем прокопченном углу комнаты. И фирменный заносчивый взгляд темных глаз, не слезящихся в дыму. И присыпанные пеплов, но безукоризненно прилизанные волосы. И местами прожженный, но по-прежнему строгий черный костюм. И в плешинах гари, но без единого ожога лицо.

Ну и конечно, осколки слепых зеркал — горячие, всецело подчиняющиеся Роману. От них пыхало жаром. Они обжигали на расстоянии. Они съезжали по стенам к плинтусам, потом плюхались на пол и лениво ползли в сторону Вадима. При этом странные зеркала до того жутко пузырились кипящими отражениями, что Вадим не мог оторвать от них взгляда. И только пронзительный возглас Романа смог вернуть его в реальность: