Онлайн книга «Слепые отражения»
|
И только теперь до Вадима дошло, что с ними к Арадному ходил еще и Леша… Он совсем забыл о нескладном выпускнике, а тот, похоже, тоже видел его самый сложный выход из отражений. Или не видел. Ведь он хоть и несмело заглядывал в чуть приоткрытую дверь, бегал растерянным взглядом по скучившимся вокруг Вадима людям и несвязно что-то бормотал, но напуганным не выглядел. Скорее всего, его выдворили из комнаты сразу, как принялись вытаскивать Вадима из отражений. И словно в подтверждение его слов, Артем хитро сощурился, а после до того комично изобразил падение в обморок, манерно приложив тельную сторону ладони ко лбу и закатив глаза, что Вадим не удержался от улыбки. Самому же хотелось лишь одного — просто лечь и наконец отключиться от происходящего. — Арофьевы, Кирилл и Алексей тоже остаются в школе до выяснения всех подробностей произошедшего, — серьезно продолжил Арадный. — Никто, имей в виду, Вадим Андреевич, никто не покидает территорию школы без разрешения и… И тут доктор вколол Вадиму еще что-то. Да сколько ж можно-то?.. Ведь юный сыщик терпеть не мог, когда его лечили. Ненавистные шприцы и капельницы надоели еще тогда — за время после аварии. В те дни в него влили столько лекарств, что, казалось, вдыхал и выдыхал их парами. Да он даже таблетки вот уже год как совсем не принимал — здоров же, и теперь они ему без надобности. И все же, сколько не пытался он стереть больничные воспоминания, вышло иначе… Как и следовало ожидать, после очередного укола он обессилено сполз по стене и ткнулся носом в подушку. Неожиданным оказалось другое: очнувшись, обнаружил, что в комнате кроме Грига никого нет. Когда все разошлись, он не заметил — провал… Потом и доктор вышел, аккуратно щелкнув дверью. И Вадим, к огромному облегчению, погрузился в безразличное спокойствие. Дрожь ушла, боль в груди притупилась, в голове поселилась апатия: мысли его хотя еще и брели друг за другом, но быстро уставали, отставали и оставляли хозяина в беззвучье. Стало легче… Он отстраненно смотрел сквозь щелочки грузных век. За окном хлопьями валил снег… — Поспи, Вадим, — донесся из полудремы голос Алисы. А потом ее пальцы заплелись в его. Вадим в ответ чуть улыбнулся. И пусть он чувствовал себя при этом наивно и глупо, чего редко себе позволял, зато понял, что не один не только в комнате, но и по жизни. Алиса… Он совсем забыл о ней, пока сражался с жестокими отражениями. Выпала она из его жизни, затерялась в настоящем, а он в это время поранился в стекле, где чужое прошлое и смерть. Когда же вернулся, снова кричал на нее. — Прости… — едва слышно выдохнул он, приподнимаясь на локтях. — Прощаю, — прошептала она и тут же бережно поцеловала его в макушку. Нужно было решаться, и Вадим почувствовал, как сердце забилось быстрее. Потом закружилась голова и стало трудно дышать. Конечно, глупо было с его стороны геройствовать именно сейчас — после сложного выхода из отражений. Ему бы просто отложить все и отлежаться. Но в «просто» Вадим не верил почти так же, как в «после». Поэтому в следующий миг подался к Алисе и легко коснулся ее губ своими. А она не оттолкнула. Вот, кажется, все и свершилось, связь завязалась — Вадим завязал. Глава 14. Один подоконник Очередной ноябрьский вечер капризничал за окном, похоже, с самого утра и наводил тоску моросящим дождем. Спать, конечно, было еще рано, но точечные лампы на потолке в комнате Вадима уже задремали в ранних сумерках. А сам он, разбитый жуткой головной болью, только-только проснулся после последних отражений и все никак не мог собраться в полноценного человека. Лежал, вновь и вновь прокручивая в голове то, что подсказали отражения и накричал Фрей. Однако что-то во всей этой странной истории с Риховым и его зеркалом не сходилось. Вот только что именно, пока не понимал. |