Книга Слепые отражения, страница 121 – Оксана Одрина

— А мой сводный по отцу брат? — брезгливо поморщившись, сплюнул Роман. И Егор, все это время безмолвствовавший, вздрогнул и, цепко сощурившись, посмотрел на деда. — Вот, где беда была, детка. Он всю жизнь из психушек не вылезал. Бился в настолько жутких истерических припадках, когда видел отражения, что врачи даже тяжелыми препаратами не могли его усмирить. Тогда мне пришлось вмешаться лично. И избавить его и от галлюцинаций, и от проклятия одновременно — одним точным ударом осколка зеркала прямо в сердце. Это я мастерски умею! Да, ты видел, там — на мосту. И себя избавить — от ненавистной службы в органах. Мы были невероятно похожи, и потому найденный позже в реке труп, естественно, опознали, как мой — о существовании моего старшего на два года шизанутого братца никто не знал, и хорошо. А дальше всего-то и потребовалось поменять пару букв в имени и фамилии, и загнанный в ловушку спецслужбами Роман Игоревич Рихов переродился в свободного в своих решениях и действиях Ролана Ивиевича Ерихова!

Теперь Вадиму только и оставалось, что горько усмехаться, осознавая все их с Арадным ошибки из «Хитрого хода», особенно недоверие к Шуйской и ее рассказам про Ромочку. Но усмехаться не получалось ни горько, ни как, потому что было страшно — чуть впереди, за спиной Романа, маячила тревожной чернотой смотровая яма для автомобилей, словно уготованная для юного сыщика могила. Безусловно холодная, сырая и тесная. И настолько преждевременная, что ему все еще не верилось в реальность происходящего.

Вадим же до безумия домой хотел. Там мама осталась — теперь точно совсем одна. Ведь выбраться из этого проклятого гаража сам он не сможет уж точно. А на спасение извне рассчитывать не приходилось. Пожалуй, если только Фрей, разобравшись, что к чему, выберется из больнице и броситься на поиски. Но найдет ли? И как быстро?.. А даже если и найдет еще живым то, что он сможет против маньяка, который однажды чуть не лишил его самого жизни? Вот если бы Арадный был в строю, тот без сомнения шансы на спасение увеличились бы многократно — он вытащил бы Вадима любой ценой, как уже вполне успешно делал, и не раз. А без него что? Без него завтра утром или чуть позже один из его коллег скорбным голосом сообщит маме Вадима о новом горе. А сможет она его вынести или нет, сын никогда не узнает…

— Тут-то жизнь и началась, — самозабвенно протянул Рихов, и Вадим, вздрогнув, оторвал наконец взгляд от узкой ямы неподалеку. — Однако жизнь нестабильна, детка. Позже негаданно пришло не лучшее время и для меня: любопытные подростки в стенах школы, где я вырос, создал Слепое зеркало и спрятал его осколки в тайнике в подвале, эти самые осколки нашли и присвоили. Да, но с моим зеркалом нельзя так! И тогда я завербовал помощника из их числа, который заманил этих горемычных в полуразрушенный корпус старой больницы, где детки быстро умерли. Один, правда, выжил — недоумок Фрей. Его успели отбить — твой скользкий папашка. Будучи таким же подростком, как и они все, он оказался не менее успешен в общении с отражениями, чем я. Вот только встав на моем пути, на своем — он поставил надгробный крест.

Хотелось кричать, но Вадим лишь кусал губы, только бы не радовать Романа собственным отчаянием. Устало тер глаза целой рукой, не желая слушать подробности, которые видел лично, тем более — про собственного отца.